Затерянные земли

 – Ляля-ля! Мы все здесь добропорядочные подданные!

– Ох, Синь! – Луния с раздражением закатила глаза, затем вгляделась в брата и безнадёжно покачала головой. – Ладно, извини. – Опустила взгляд на свои лапы. – Наверное, это из-за Превращения… Я и не думала, что будет так больно.

В самом деле, запястья у Лунии мерцали ещё ярче. На освещённой рыночной площади это было незаметно, но здесь, в сумрачном коридоре, бросалось в глаза. Казалось, под чешуёй вздулись огненные пузыри, переливаясь золотым и оранжевым.

– Что-то с тобой и впрямь не так, – озабоченно проговорил дракончик. – Ни разу ещё не видел, чтобы шёлковые железы так вели себя в День превращения, а ты?

У Мечехвоста и его сестры Ио крылья выросли совсем недавно, и лапы тоже светились, но еле заметно, и про боль никто даже не упоминал.

Выходит, это больно? Почему же никто не предупредил?

– Да ерунда, ничего страшного, – дёрнула плечом Луния. – В конце концов, Превращение у всех проходит по-разному.

– Может, всё-таки показаться целителю?

– Скажешь тоже! – Она выхватила у брата коробочку с леденцами. – Не хватало ещё, чтобы в мой последний день в дракончиках меня щупал ещё какой-нибудь ядожал, который на нас морщится. У меня всё в полном порядке! Я хочу в Сад мозаик! Пошли!

Луния устремилась вперёд по коридору. С беспокойством почесав свои собственные запястья, дракончик пустился следом за сестрой, поглядывая на золотисто-оранжевые отсветы её чешуи на стенах.

А точно ли всё в порядке? Если уж неизбежны перемены, то пусть хотя бы предсказуемые!

«О дух Ясновидицы, – взмолился он, – помоги моей сестрёнке, сделай так, чтобы Превращение прошло нормально!.. А если у тебя найдётся время, то пусть её не арестуют за измену. Больше ничего не надо, спасибо!»

Глава 3

Сад мозаик сверкал и переливался бесчисленными искорками янтаря и золота, нефрита и яшмы, обсидиана и жемчуга. Многоцветные изображения драконьих тел обвивались вокруг колонн и украшали плиты дорожек, а на стенах беседок и павильонов щетинились шипастые гребни, хищно блестели когти и скалились клыки, запечатлев навеки в ярких кусочках мозаичного стекла кровавые битвы прошедших эпох.

Здесь, на самой вершине улья, ничто не мешало смотреть на небо, а кто хотел, мог забраться ещё выше по шёлковой паутине – чего ядожалы никогда не делали – или полететь вниз, на иссохшую от жары равнину. А наверху, среди залитых солнцем лужаек и живых изгородей сада, тянулись стройными рядами пышные клумбы с розами, гвоздиками, маргаритками и фиалками. В тёплом воздухе, пропитанном густыми ароматами, лениво жужжали насекомые, перелетая с цветка на цветок. Мозаичные дорожки извивались туда и сюда, заворачивали и возвращались, но в конце концов все сходились к главной достопримечательности – Стене избавления.