Жестокий принц

– Мадок не может на самом деле желать, чтобы Балекин правил Эльфхеймом, – говорю я. – Балекин станет вмешиваться во взаимодействие Волшебной страны с миром смертных, решать, сколько крови должно пролиться и чьей, и это растянется на века. Вся Волшебная страна станет похожа на Полый зал.

Снизу доносится голос Тарин:

– Локк с Мадоком уже много лет. Но ему ничего не известно о том, где прячется Кардан.

Виви замолкает, смотрит мне в лицо.

– Джуд… – произносит она. Голос ее больше похож на тихий выдох.

– Возможно, Мадок просто пытается его напугать, – говорит Ориана.

 – Ты знаешь, ему не по душе устраивать свадьбу в разгар всей этой неразберихи.

Виви не успевает ничего сказать, не успевает остановить меня – я бросаюсь из комнаты к лестнице.

Мне вспоминаются слова Локка после турнира, на котором я сражалась и победила Кардана: «Потому что ты, как история, которая еще не случилась и частью которой я хочу быть. Потому что хочу видеть, что ты будешь делать».

Имел ли он в виду, что его интересует, как я поведу себя, если он разобьет мое сердце?

«Когда найти интересную историю не удается, я создаю ее».

Когда-то я спросила Кардана, достойна ли Локка. Его ответ эхом звучит в моей голове. «Вы идеально подходите друг другу». А фраза на коронации… Как он там сказал: «Пора менять партнеров. О… украл твою реплику?»

Он знал. Как, должно быть, смеялся. Как смеялись они все.

– Кажется, я догадываюсь теперь, кто твой возлюбленный, – громко говорю я своей сестре-близняшке.

Тарин поднимает голову и бледнеет. Я медленно и осторожно спускаюсь по ступеням.

Интересно, когда Локк смеялся со своими приятелями, она смеялась вместе с ними?

Ее странные взгляды, напряжение в голосе, когда я заговаривала о Локке, ее озабоченность, когда мы вместе были на конюшне или в его доме, – все вдруг обрело ясный и зловещий смысл.

Я ощущаю резкую боль от предательства.

И обнажаю Закат.

– Вызываю тебя, – кричу я Тарин. – На дуэль. За мою оскорбленную и униженную честь.

Тарин недоуменно смотрит на меня.

– Я собиралась рассказать, – выговаривает она. – Много раз собиралась, но как-то не смогла. Локк сказал, что если я вытерплю, то это будет проверка любви.

Вспоминаю его слова перед коронацией: «Достаточно ли сильно ты любишь, чтобы отказаться от меня? Разве это не испытание любви?»

Кажется, она прошла проверку, а я провалила.

– Значит, он сделал тебе предложение. Пока убивали королевскую семью. Как романтично.

Ориана негромко охает – наверное, боится, что меня услышит Мадок и сделает замечание. Тарин тоже слегка бледнеет. Раз никто из них произошедшего не видел, им могли рассказать все, что угодно. И даже лгать бы не пришлось.

Я крепче сжимаю рукоять меча.