Адвокат Империи 14

Заключение под стражу без веских оснований нарушает презумпцию невиновности и права обвиняемого на свободу до суда. Так что защита требует это ходатайство отклонить.

Что будет делать твой противник, когда ты прямо на его глазах столь красиво отфутболил их попытку усадить твоего клиента за решётку? Ну конечно же, он попытается надавить. И Калинский меня не обманул.

— Ваша честь, защита снова пытается выдать силу за право! Обвиняемый не просто молодой человек с «физической подготовкой», каким его пытается выставить его адвокат. — С этими словами Калинский бросил на меня полный презрения взгляд.

— Ваша честь, он человек, который умудрился за пару минут отправить в больницу троих молодых людей! И теперь, когда потерпевшие боятся за свою безопасность, нам предлагают поверить, что он «не опасен»…

— Учитывая, что они напали на него впятером, то единственные, кого здесь стоит отправить за решётку, это истцы, — фыркнул я, вернув ему «взгляд». Ещё и усмешкой приправил. Чтобы гаду совсем плохо стало. — Ваша честь, это прекрасная риторика, почти театральная, только вот с доказательствами, как обычно, туго.

Ни одного факта, ни одного реального подтверждения того, что Руслан кому-то угрожал после инцидента. Вместо этого рассказы про «ужас», «опасность» и «больницу», как будто мы обсуждаем хоррор-фильм, а не уголовное дело. Я бы попросил моего коллегу вернуться из драматургии в юриспруденцию. И отдельно замечу, что именно мой клиент вызвал скорую для напавших на него людей, после чего ждал её прибытия и никак не препятствовал действиям полиции. Как по мне, это не очень соответствует тому образу маньяка-рецидивиста, который здесь так старательно лепит сторона обвинения. Я прошу отклонить ходатайство об изменении меры пресечения.

Судья долго не думал и поступил именно так, как я и предполагал. На самом деле он поступил именно так, как поступил бы на его месте любой нормальный судья, выслушав и рассмотрев предоставленные аргументы.

— Ходатайство отклонено, — заявил он, ударив молоточком по деревянной подставке.

Ну вот и всё. Смотреть за тем, как Калинский с недовольной рожей садится обратно за свой стол, было дороже любых денег.

— Видишь, — шепнул я. — Всё отлично.

Рядом со мной каменным и хмурым изваянием восседал Руслан, сложив руки на столе перед собой, как примерный школьник.

— Скажешь мне это, когда окончательно победим, — так же негромко произнёс он.

— Когда мы окончательно победим, то ты купишь мне пиво, — усмехнулся, и мои слова вызвали у Руса короткую робкую улыбку.

— Да хоть пивоварню…

— Эй, ты поаккуратнее с такими обещаниями, — пригрозил я. — Я ведь запомню.

Впрочем, ответка последовала довольно быстро. Я не ждал, что они оставят всё это просто так.