#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 24

Перед нами выстроился отряд шакхаров — верхом на шестилапках, в боевой позиции. Сотня магов, не меньше. Их звери тяжело переступают лапами, ноздри раздуваются, выдыхая тёплый пар в прохладный воздух. Шакхары ждут, оценивают, кто-то сжимает копьё, кто-то медленно водит пальцем по рукояти меча.

Я хмурюсь, но уверенно шагаю вперёд, ровно, без спешки. Вокруг тихо, если не считать далёких звуков утренней природы и редкого позвякивания амуниции.

— Уважаемые, ну и чего вы встали посреди дороги?

Глава 17

Из строя всадников вперёд выезжает один. Молодой, в его движениях чувствуется самоуверенная резкость — та, что выдаёт отпрыска влиятельного рода.

Он смотрит на меня холодными, оценивающими глазами, лицо жёсткое, клыки едва заметно высовываются из-под верхней губы.

— Я Дозр, сын генерала Зодра, — голос звучит твёрдо, в нём явный вызов. — Я знаю, что ты взломал мозги моих адъютантов, конунг Данила.

Я равнодушно пожимаю плечами.

— И что?

Дозр дёргается, будто не ожидал такой реакции.

— «И что⁈» Как это «и что»⁈ Ты даже не отрицаешь⁈

Я устало выдыхаю, глядя на него, не меняя выражения лица.

— Мне надо домой, Дозр. У меня есть дела поважнее, чем спорить с тобой. Так что говори, что хотел, и проваливай.

Шакхари морщится в недовольстве.

— Я могу рассказать королеве и всем генералам, что ты взламываешь шакхаров! Думаешь, они обрадуются? Да тебя объявят врагом нации!

Ухмыляюсь насмешливо.

— Ну объявят или нет — это ещё большой вопрос. Но раз ты торгуешься, значит, что-то от меня хочешь.

Дозр медленно выдыхает, сжимает поводья своей шестилапки, будто собирается с духом.

— Мои условия просты. Вали к себе и не возвращайся. Ты прекращаешь оберегать принцессу Айру и больше не вмешиваешься в дела Шакхарии.

Не даю ему договорить, холодно перебивая:

— Не пойдет. Рассказывай королеве и генералам.

Его глаза расширяются:

— Конунг, ты серьезно? Знаешь, что тогда будет?

— Конечно, — киваю. — Тогда вскроется, что твой отец — трус и предатель. Что он сидел в засаде, дожидаясь, пока звери перебьют защитников, а заодно пробьются в деревню и перегрызут мирных жителей.

Дозр сжимает челюсти.

— Ты можешь рассказать это всем. Как думаешь, когда твой отец станет последним ублюдком в глазах всей Шакхарии, какая репутация будет у тебя и твоего рода? Сейчас-то ты сын героя, Дозр. Но только брякнешь правду — и сразу станешь изгоем.

Дозр стоит неподвижно, его самоуверенность дала трещину. В глазах мелькает паника. Тупой генеральский сынок думал, что всё будет проще. Что сможет напугать меня.

Но теперь он видит: мне плевать на его угрозы. А вот что будет с его именем — другой вопрос.