Астральное тело холостяка

Он не разрешал Лизе отпускать от себя сына даже на пару сантиметров, но мать, обожавшую мальчика, это совсем не напрягало. Лиза и дитя везде ходили вместе, вернее ребенок большую часть времени сидел у мамы на руках.

Когда Максиму исполнилось три года, Геннадий, как и планировал, забрал его у Лизы. Жене он соврал, что хочет сделать мальчику полное обследование в стационаре…

Евгений глотнул уже остывшего кофе.

– Жестоко так поступать с женщиной, которая, судя по вашему рассказу, обожала малыша, – укоризненно заметил я. – Но план Геннадия не удался? Ребенок не смог жить без мамы?"

"– В точку, – кивнул Протасов. – Через две недели отец вернул сына в Бойск. Брякин пытался приучить мальчика жить без матери, однако ничего не вышло. Максимка рыдал день и ночь, отказывался есть, его не интересовали игрушки, книги, потом у крошки резко поднялась температура, появилась сыпь на теле. Врачи настоятельно рекомендовали вернуть ребенка в привычную среду, иначе они не гарантируют, что он встанет на ноги. Перепуганный Брякин помчался в Бойск и остался жить там.

Глава 17

Поняв, что не все в жизни получается по его хотению, Геннадий все же решил не сдаваться. Он пристроил к своей даче флигель, в котором стала жить Лиза. Она исполняла обязанности дом-работницы и поварихи, а вот от постоянного общения с сыном муж старался жену оградить. Для Максима наняли гувернантку, а в четыре года учителей. Мальчик постигал азы общеобразовательных предметов, занимался музыкой, иностранными языками. День у ребенка был плотно занят, но по вечерам он всегда бежал к маме, просил почитать ему сказку, по ночам приходил в спальню Лизы и залезал к ней в постель. Геннадию все это категорически не нравилось, но поскольку Максим, если ему велели идти спать в детскую, впадал в истерику, покрывался сыпью и у него мигом начиналась лихорадка, Брякину пришлось смириться.

В шесть лет малыша записали в лицей. В московский, самый лучший. Лизе было приказано сопровождать сынишку на занятия, для чего Геннадий купил еще одну машину, нанял шофера. Через неделю стало ясно: Максим не способен к обучению в школе – он боится педагога и, главное, детей, опыта общения с которыми у него не было вообще.

– Если говорить о знаниях, то мальчика надо перевести сразу в третий класс, – сказала отцу директриса, – а что касается социализации, то Максим находится на уровне годовалого ребенка.

– Ну и черт с вами! – в сердцах воскликнул папаша. – Мой сын будет учиться дома.

– Ваше право, – сказала педагог. – Но посоветуйтесь с психологом. Потому что таким образом вы можете получить совсем не тот эффект, какого ожидаете, – воспитаете нафаршированного знаниями молодого человека, который будет шарахаться от людей. Простите, но ваш мальчик – как Маугли.