Древесный маг Орловского княжества 6

Дальше рванули быстрее, завидев крупный дом и огромный сад.

Навстречу выскочил отряд из восьми конников. Уже вблизи, Руяна бровью повела, и всех их лошади понесло прочь. Пара бедолаг упала смачно, остальные скрылись в чаще.

Вычислив, что в саду у барона целый праздник, я снёс забор и ворвался прямо на большое застолье. Барон со своими витязями, семьёй и польскими командирами, которых я сразу рассмотрел целую дюжину, пирует беззаботно за тремя большими столами, выстроенными буквой «П». Вокруг них грядки с цветами и кустарниками, сами под навесом из ветвей с шикарным черносливом.

А сад у говнюка действительно большой и красивый. Садовников десять по всем участкам хлопочут. Мелкая детвора бесится, и от кровавой бойни меня останавливает.

Тёмного усатого мужчину лет сорока на вид во главе центрального стола я сразу и вычислил, как Горазда. Мне его наёмники описали. Хитрая рожа вытянулась сразу же. А витязи повыскакивали из–за столов, демонстрируя свою мощь. Один верзила в металле с секирой уж точно под Пересвета косит, остальные чуть поменьше. Польские гости, знатного вида, судя по значкам и чистым рожам, лишь раскрыли рты и впились острыми взглядами.

— Барон Горазд? — Кивнул я с седла на мужчину.

Тот улыбку скривил, перестроился. Руками махнул своим церберам, чтоб придержали мечи.

— Сам Ярослав пожаловал, незвано, — прокомментировал барон. — И чем обязан столь неожиданному визиту?

Башку Камила достаю из отдельного мешка, я ему уже и пластину обратно приделал, чтоб узнаваем был. Сразу рожи переменились. А девушки за столом завизжали, посуда посыпалась. Даже в глазах воинов ужас, не всех, но у половины точно. А вот Горазд лишь покривился.

— Узнаёшь Камила? — Спрашиваю.

— И его дружков?

Сбоку выезжает и Гайя из–за дерева с сеткой голов, которую теперь видят все.

— Что за варварские замашки, граф, — фыркнул Горазд. — Зачем портишь аппетит на празднике? Разве так начинают знакомство? Привёл бы себя в порядок, а то весь в грязи.

— Это кровь, — бросил я.

— Позволь, проучу наглеца, — пробурчал один из витязей, хватаясь за рукоять.

— Дай мне, батька, — обозначился ещё один молодой, который сразу стал сверлить взглядом мою Гайю.

— Нет, крови мы в такой день проливать не будем, — отвечает барон вальяжно.

— Ходит молва, что Ярослав молод и горяч, сперва убивает, затем только разбирается. Вот как теперь. Убил в чём–то виноватых, и хочет, видать, за их деяния меня обвинить.

— Вангуешь? — Посмеиваюсь, убирая голову обратно.

— Чего сказал? — Возмутился самый мощный витязь."

"Спрыгнув с коня, я пошёл к барону уверенно. Путь сразу преградили трое витязей. А остальные три десятка гостей встали и насторожились. Молоденьких барышень закрыли собой мужчины, детей увели за кусты. Тут и дружина подоспела, окружив нас.