Благородство и страсть

Значит, где-то поблизости люди, и, возможно, не все так безнадежно.

Расслабление, вызванное в ее организме опием, постепенно проходило, и она чувствовала, как к ней возвращаются силы. Мысли Грейс вернулись к разговору двух незнакомцев, которые минуту назад стояли около нее. Выходит, ее привезли к какому-то аристократу, который не отличается особой чистоплотностью и собирается использовать ее для совершенно определенных целей. А потом он отдаст ее в руки этих двух мерзавцев.

Ей нужно выбираться отсюда. И как можно скорее. Очень скоро ее мучители вернутся за ней. Вполне возможно, не одни, а в компании этого лорда Джона, который так интересуется «чистенькими, свеженькими шлюхами».

От опия у нее во рту оставался неприятный привкус, и ей нестерпимо хотелось пить. Господи, почему это с ней случилось? Ведь она должна была встретиться со своим кузеном и вместе с ним отправиться к нему домой. Если бы он пришел за ней, если бы не опоздал…

Грейс снова заплакала и попыталась освободиться от тонких кожаных ремней, которыми были связаны ее руки и ноги.

– Так ничего не получится, – тихо проговорил мужчина, вошедший в комнату из сада.

 – Меня тоже связывали такими ремнями. Они слишком крепкие, чтобы их можно было вот так просто разорвать.

Она быстро приподняла голову и посмотрела на высокую фигуру, вырисовывающуюся темным силуэтом на фоне залитого солнцем дверного проема."

"Красивый голос незнакомца, в котором ощущалось странное спокойствие, напугал Грейс куда больше, чем неиссякаемый поток грязных ругательств, которыми постоянно перемежалась речь Файли и Монкса.

Через несколько секунд до сознания Грейс дошел смысл сказанных мужчиной слов.

– Они вас тоже привязывали к этому столу?

Мужчина шагнул в комнату.

– Было дело, – сухо заметил незнакомец, не обнаружив никаких эмоций, словно говорил вовсе не о себе.

Темный силуэт превратился в молодого человека лет двадцати пяти в свободной белой рубашке и коричневых бриджах. Ростом он был футов шести или немного повыше, сухощавый и гибкий, но при этом в нем ощущалась физическая сила.

И еще он был необыкновенно красив. Темные густые волосы были зачесаны назад и открывали высокий лоб. Нос выглядел идеально прямым, как у древнегреческой статуи.

Несколько резко очерченные из-за его худобы скулы подчеркивали правильный овал лица. Густые, красиво изогнутые брови довершали портрет этого мужчины, который очень сильно напомнил Грейс ангела с картины, висевшей в ее доме в Йоркшире. Грейс поймала себя на мысли, что, находясь в таком ужасном состоянии, думает не о своем спасении, а о внешности вошедшего в комнату молодого человека, и рассердилась на себя.

Но ангел с совсем не ангельским интересом рассматривал ее. И от этого она почувствовала себя неловко.