Билли Саммерс

Баки сказал, так поступали с покойниками в старые добрые времена, в эпоху обозов и серебряных рудников.

9

— Я решила учиться в Форт-Коллинзе. Поступлю в Колорадский государственный. Я видела фотографии, там очень красиво. Помнишь, ты меня спрашивал, на кого я хочу выучиться? Я ответила, что на историка или социолога, а может, на театральный поступлю. Мне было неловко рассказывать о своей мечте, но ты, наверное, уже догадался. И тогда догадывался, да? На самом деле я задумывалась об этом и раньше, еще в старших классах, потому что английский и литература давались мне лучше всего. Дописав твою историю, я приняла окончательное решение.

Она умолкает, потому что остальное произнести вслух очень трудно, даже если вокруг никого нет. Очень уж претенциозно звучит. Мама сказала бы: «Кем ты себя возомнила?» Но она обязана это произнести, это ее долг.

— Я хочу писать свои собственные истории.

Она вновь умолкает и вытирает глаза рукавом куртки. Здесь холодно. Но тишина просто невероятная. В такую рань даже вороны еще спят.

— Понимаешь, когда я это делала, когда… — Она медлит; почему это слово так трудно ей дается? Почему? — Когда писала книгу, я даже грустить забывала. Забывала волноваться о будущем. Забывала, кто я и где. Даже не думала, что такое возможно. При желании я могла притвориться, что мы с тобой в том мотеле «На огонек» под Давенпортом, Айова. Только это не было притворством, хотя такого места не существует на самом деле. Я видела пластиковые панели под дерево, голубое покрывало и стаканчик в ванной, запаянный в пакет с надписью «СТЕРИЛЬНО. ЗАБОТИМСЯ О ВАШЕМ ЗДОРОВЬЕ». Но это было не главное.

Она вытирает глаза, нос и смотрит, как исчезают в морозном воздухе белые облачка пара из ее рта."

"— Я могла представить, что Мардж — сука Мардж — действительно только поцарапала тебя. — Элис мотает головой, словно хочет вытряхнуть из нее все мысли. — Нет, не так. Пуля в самом деле только поцарапала тебя. Ты в самом деле написал мне письмо и сунул его под дверь, пока я спала. Ты дошел до стоянки для фур, хотя стоянка осталась в Нью-Йорке, и оттуда двинулся дальше. Ты в самом деле жив. Знал, что так бывает? Что можно сидеть перед компьютерным экраном или с блокнотом и карандашом в руках — и менять мир? Ненадолго, конечно. Мир всегда возвращается, но до тех пор… Это чудо какое-то. Самое важное чудо. Все может быть так, как я хочу, а я хочу, чтобы ты был жив, и в этой истории ты действительно жив. И так будет всегда.

Она встает и подходит к коричневому квадрату, который выкопали они с Баки. Там, под землей, — невыдуманный мир. Она опускается на одно колено и кладет книжку на землю. Может, ее засыплет снегом или унесет ветром. Не важно. Для нее эта книжка всегда будет здесь. «Тереза Ракен» Эмиля Золя.