Чего желает джентльмен

– Я не хотел, чтобы вы знали, как гадко Дэвид поступил с этой женщиной, – завершил он свой рассказ. – Ханна была для меня никем, как и я для нее. Несколько месяцев притворства, и она вернулась бы к привычной, но уже вполне обеспеченной жизни. И я бы вернулся к своей; вот все бы и устроилось как нельзя лучше.

– Значит, так ты решил меня пощадить?! – изумилась Розалинда. Прикрыв глаза, Маркус слушал, как мачеха перечисляет все те доводы, которые уже приводила Ханна. – Чтобы я думала, будто ты несчастен в браке, что жена тебя бросила, а тебе она настолько безразлична, что ты не сделал ничего, чтобы ее удержать?.

.

В комнате воцарилось молчание, которое было красноречивее любых слов. Маркус ничего не отвечал, не желая больше оправдывать брата. Розалинда тяжко вздохнула.

– Но я бы никогда не обвинила Дэвида! – воскликнула она удивленно. – Я бы отругала тебя и злилась бы на тебя. Но никогда бы не заподозрила Дэвида. О Маркус, как ты мог?

– Привычка, – усмехнулся он, залпом допив остаток виски в стакане.

Никто не догадывался, сколько раз он спасал Дэвида. Даже сам Дэвид. Начиная со школьной скамьи, в Итоне, где Маркус сдавал экзамены за брата.

Потом пошли карточные долги и рассерженные мужья. За Дэвида приходилось платить, мужьям – угрожать.

Маркус делал все, чтобы сохранить честь семьи и, кстати, самого беспутного братца. И на этот раз, думал он, все обойдется, но ошибся. Дэвид чуть не сломал жизнь ни в чем неповинной женщине. Эксетер не мог делать вид, что Ханну можно просто выставить вон, кинув небольшую денежную подачку и сказав на прощание несколько утешительных слов. Дэвид должен за это поплатиться.

Но на этот раз страдать придется Маркусу – и поделом.

– А Дэвид?.. Господи, о чем он только думал?! – убивалась Розалинда, взволнованно расхаживая по комнате. – Как мне хочется пойти и самой надрать ему уши! Так жестоко пошутить над бедной женщиной. И лгать нам всем. Похоже, я его совсем не знаю. – Она вдруг выхватила из буфета стакан и швырнула его в камин – послышался треск бьющегося стекла. Пламя жадно лизало осколки драгоценного хрусталя.

Маркус молча налил себе новую порцию виски.

– Это недопустимо, – твердо заявила Розалинда, наконец справившись с нервами.

 – Ты должен воздать ей за содеянное зло добром, и Дэвид тоже. Хотя, если он и получит по заслугам, бедной Ханне будет от этого не легче.

Маркус догадывался, что собиралась сказать Розалинда. И если говорить начистоту, мысль жениться на Ханне показалась ему более чем привлекательной. Хорошо бы, герцогиня ее поддержала или даже сказала, что так нужно. Тогда Ханна, возможно, закроет глаза на все то, что не нравилось ей в его жизни и в нем самом, и даст согласие.