Чего желает джентльмен

Точнее, она была поражена собственной реакцией. Но каков наглец – предложить ей такое!

Но тут явилось спасение. За дверью кто-то тихо поскребся.

– Войдите, – приказал герцог.

Покраснев, Ханна сделала шаг назад. Кто бы ни был за дверью, ему ни к чему видеть ее пылающие щеки. Дверь открылась, и дворецкий произнес спокойным голосом:

– Ваша светлость, вас желает видеть мистер Брэйден.

Маркус в недоумении нахмурился, а Ханна испуганно ахнула. Они оба уставились на дворецкого, затем герцог резко спросил:

– Кто?

– Мистер Джозеф Брэйден, – повторил Харпер. Его взгляд на долю секунды задержался на Ханне.

 – Он утверждает, что является отцом ее светлости.

Маркус обратил на «жену» ледяной взгляд. Она нервно облизнула губы.

– Да, – сказала Ханна. – Это мой отец.

Взгляд герцога стал подозрительным. Одна бровь вопросительно поползла вверх. Ханна бросилась к двери.

– Я… Я его приму.

– Останьтесь. – Герцог предостерегающе поднял руку, не сводя с нее глаз. – Проводите мистера Брэйдена сюда, Харпер.

Поклонившись, дворецкий вышел. Ханна в немалом замешательстве почувствовала, что снова краснеет.

– Итак?.. – презрительно спросил Маркус.

Ей хотелось провалиться сквозь землю. До свадьбы она так и не повидалась с отцом. Что могло ему понадобиться? Впрочем, какая разница? Его присутствие только усугубит положение.

– Было бы лучше, если бы я повидалась с ним наедине, – попыталась она уговорить герцога. – Несомненно, он приехал с новостями из дому, или…

– Новости? Неужели в вашей деревушке так кипит жизнь, что отцу пришлось скакать в Лондон, чтобы поскорее рассказать вам новости? Путь сюда неблизкий.

Его тон снова сделался резким и язвительным.

– Что ж, сейчас я узнаю, – ответила Ханна, направляясь к двери.

Возможно, ей удастся увести отца куда-нибудь в коридор…

Поздно.

– Мистер Брэйден, сэр, – объявил Харпер, отходя в сторону.

В комнату, тяжело ступая, вошел отец. Жалобно заскрипели петли, дверь закрылась, и воцарилось гробовое молчание.

Мистер Брэйден был не то чтобы высок, но крепок, с широкими плечами, сильными руками и ногами. Он стоял в элегантном кабинете герцога с таким видом, будто явился прямо с поля – в грубой поношенной одежде и грязных сапогах. Или прямо из пивной, если верить обонянию.

Какой контраст между высоким утонченным аристократом и скандальным выпивохой!

И тут отец заговорил:

– Я так думаю, вам бы не мешало извиниться, – начал он задиристо.

Ханна закрыла глаза.

– На каком основании? – ледяным тоном поинтересовался Маркус.

– А на том, что вы – герцог.

Ханна почувствовала, как Эксетер впивается в нее взглядом, и открыла глаза. Она разрывалась между желанием извиниться за грубость отца и вытолкать его из кабинета прежде, чем он успеет наговорить еще колкостей.