Черный дембель. Часть 1 (СИ)
1973 год. СССР. Я вернулся домой после двух лет службы в Советской армии… снова. Словно и не прожил после этого события пятьдесят лет. Советский Союз на пике своего могущества. Мои родители и младший брат живы. А кладбище рядом с посёлком пока не такое большое, каким я его запомнил. Лето, жара, женщины, подготовка к вступительным экзаменам в институт. Вот только я знаю, что тучи на небосклоне моей жизни уже сгущаются. Неприятности вскоре обрушатся на меня и на моих близких одно за другим… …Если они не испугаются встречи с Чёрным дембелем.
Тот едва не повалился на пассажирское сидение, вцепился в рулевое колесо.
Я попятился от «Запорожца» на слегка согнутых ногах. Будто случайно споткнулся о камень — пошатнулся, но устоял. Жестом поманил к себе сверкавшего глазами и золотым зубом водителя.
— Выбирайся из коробочки, чмо! — потребовал я. — Никто, кроме нас! Слышал о таком?! Сейчас я тебе это объясню!
Я заметил на земле свою сигарету — неуклюже поднял её, сдул с неё пыль и сунул сигарету за ухо. Засучил рукава, сквозь зубы сплюнул на переднее колесо автомобиля.
Сжал кулаки, потребовал:
— Выходи, чмо синюшное! Накажу тебя! Узнаешь, что такое советская десантура!
Белобрысый покачал головой. Он тихо выругался, стиснул зубы. Из-под бровей взглянул через грязное лобовое стекло в направлении поворота к посёлку. Со стороны Верхнего кладбища донеслось рычание мотоциклетного двигателя и громкие щелчки. Я повернул голову; вскоре увидел уже знакомый мне «ИЖ-56» с коляской и восседавшего на нём Степана Кондратьевича. Мужчина ехал неторопливо; без мотошлема и без очков. Почти не пылил. Степан Кондратьевич заметил меня. Но не махнул рукой и не просигналил. Коляска дребезжала, двигатель мотоцикла рычал и щёлкал, будто отмерял пройденное расстояние. Мотоциклист свернул в посёлок — рычание и щелчки стали тише.
Я снова взглянул на белобрысого; стукнул себя кулаком по груди и крикнул:
— Выходи, чмо! Я тебя щас на карантин отправлю! Или ты уже обоссался от страха?!
Моё требование громким карканьем поддержали оккупировавшие пустырь вороны. Я взмахнул согнутой ногой: изобразил карикатурное карате. Топнул сандалией по дороге, поднял облако пыли.
Белобрысый шумно выдохнул. Произнёс красивую фразу, которая в переводе с матерного на литературный язык прозвучала бы как: «Сударь, вы сами меня вынудили вас жестоко наказать». Он распахнул дверцу.
«Кар!» — среагировали на появление водителя «Запорожца» вороны. Две крупные чёрные птицы уселись на большой камень, будто заняли места в зрительном зале. Пристально рассматривали меня и моего соперника."
"«Согласен с вами, — мысленно ответил я птицам. — В машине он выглядел… поменьше». Расставил локти, перешагнул с ноги на ногу. Двумя руками подтянул почти до пупка штаны.
Белобрысый выпрямил спину, расправил плечи. Я отметил: ростом он мне заметно уступал, но был шире в плечах и на десяток килограмм тяжелее. «Это плохо», — подумал я.
Водитель сунул руку в карман брюк. Угрожающе ухмыльнулся. «Нож или кастет?» — прикинул я. Шагнул белобрысому навстречу. «Двоечка»: в лоб, в челюсть.
Мужчина взмахнул руками, ударился об автомобиль и повалился на землю. Рядом с ним о придорожные камни звякнул металлический кастет. «Это плохо, — снова подумал я. — Как же я тебя понесу?»
— Ничего, Сергей Леонидович, — пробормотал я.



![Смертельный звонок [cборник]](/uploads/posts/images/1/smertelnyi-zvonok-cbornik.jpg)












