Девчонки, я приехал!

– Ей не до нас, – сказал Яков Михайлович задумчиво. – Она сейчас нас с вами едва ли видит, так что ни о чём и не гадает, поверьте мне.

– Поговорили бы вы с ней, доктор, – предприняла последнюю попытку Агаша. – Ну, разве дело, что жених ни разу в доме не был! И когда Павел Егорович помер, рядом не было его, и когда мы переезжали!.. Всё только письма шлёт и в телефон звонит!

– Она влюблена, – Яков Михайлович улыбнулся. – Какие тут могут быть умные разговоры! Впрочем, я не верю, что наша Надинька может полюбить негодяя или подлеца, Агаша. Она человек с такой ясной и прямой душой.

И здравомыслящая.

– Кабы не плюнули ей в душу-то, – пробормотала Агаша.

– А мы с вами на что?

– А мы с вами ни на что не годимся, Яков Михайлович! Жениха в глаза не видали!..

Надинька вернулась, как водится, в самый неподходящий момент – когда проснувшийся Федот тащил доски из своей комнаты к Якову Михайловичу. Доскам было наспех придумано какое-то объяснение – мол, доктор время от времени должен спать на жестком, мучается спиной, но приключения на этом не закончились.

Надинька страшно удивилась и обрадовалась яблокам в вазе – доктор в запале добыл и яблок тоже! – взяла одно, зажмурилась от восторга, но есть не стала, положила на скатерть и отправилась к Фейге Наумовне.

Из приоткрытых дверей комнат Колпаковых и Ващуков за ней следили несколько пар встревоженных глаз.

Надинька постучала, но добрая и приветливая Фейга не пустила её на порог. Она выскочила в коридор, оглянулась, плотно ли прикрыта дверь, и стала так, чтоб с гарантией загородить собственными пышными формами подступы к комнате.

Надинька страшно удивилась.

– У меня беспорядок, гостей не принимаю, – нервно объяснила Фейга Наумовна.

 – Я разбираю бельё, у нас решительно негде присесть.

В это время из её комнаты выбрался один из братьев Колпаковых, кажется, Юрка, деловито подтянул штаны и дунул в сторону уборной. Физиономия у него была перемазана шоколадом.

Надинька проводила его глазами.

– Совершенно, совершенно нет времени, – не к месту продолжала врать несчастная Фейга. – Сейчас со службы вернётся Ефим Эммануилович, а у меня повсюду разложены… разные… капоты…

– Я только хотела спросить, придёт ли сегодня Марк, – пролепетала ошарашенная Надинька.

 – И если да, не мог бы он прийти пораньше…

Марк приходил к Кольцовым заниматься на рояле.

– Я пришлю его сразу, как только он вернётся из училища, – пообещала Фейга, – да, да, в ту же минуту, в ту самую секунду, а сейчас мне пора!..

Она пропустила перед собой одного из Колпаковых, кажется Юрку, вернувшегося из уборной, и плотно закрыла за собой дверь.

– Чу-де-са, – по складам шепотом произнесла Надинька. – А я выхожу замуж, и у меня есть яблоко!..