Девчонки, я приехал!

 – Чем тебе тут не живётся? Сергей всё время на службе, ты сама говоришь, раньше Нового года его не жди!

– Яков Михайлович, миленький! Да ведь там квартиру нужно обживать!

– И где эта квартира? Наверняка у чёрта на рогах!

– Я даже и не спрашивала, – призналась Надинька. – Какая разница?

– Так ведь большая разница! Наверняка к вам не наездишься теперь! И что мне тут делать одному в таких хоромах?

– Доктор, да не всё же вам между книгами спать!

– Надинька, – доктор сдёрнул очки. – Я спал и на нарах, и на шконке, и на соломе, и на бетонном полу! Поверь мне, спать среди книг – это райское наслаждение!.

– Поедемте с нами, – предложила Надинька. – Что тут особенного?

– Твой молодой муж будет несказанно рад обнаружить на своей новой квартире такую весёлую компанию!

– Вы его не знаете, Яков Михайлович! Он на самом деле будет рад!

В коридоре затрезвонил телефон, и бабуся Колпакова – словно караулила! – тотчас же ответила:

– У аппарата!..

Надинька бросила завязывать книги и прислушалась.

– Надежда, междугородняя вызывает! Где ты там есть! Беги скорей!

Надинька помчалась вон из комнаты.

– Да! Да!..

– Как я рад, что дозвонился, – сказал Серёжа ей в ухо.

– Я тебе сегодня тоже звонила! – прокричала Надинька. – Но линия была занята.

Бабуся Колпакова стояла рядом и ловила каждое слово.

– Что твоё комсомольское собрание?

– Ужасно! – радостно крикнула Надинька. – Просто ужасно! Я чуть не подралась с одним комсомольцем! Мирка меня удержала!

– Что такое?!

– Он сказал, что я веду буржуазный образ жизни и вообще непонятно, кто у меня муж!

– Надинька, родная, – сказал Серёжа. – Держись.

– Я держусь, держусь.

– Если завтра самолёт пойдёт в Москву, я постараюсь прилететь на пару дней.

– Хорошо, – согласилась Надинька, отлично понимая, что самолёт «не пойдёт» и Серёжа не прилетит. Так бывало уже много раз. – Серёжка, Яков Михайлович переживает, что мы съезжаем и он остаётся один.

– Приглашай его жить с нами, – тут же отозвался Серёжа. – Места всем хватит.

– Агаша не верит, что тебе дали квартиру.

– Как же не верит, если вы завтра туда отправляетесь? Шофёр приедет часам к четырём. Ты возьми для начала только самое необходимое, остальное заберём потом, на грузовике.

Надинька вздохнула. Заберём – это значит, что забирать будут они с Агашей вдвоём.

"…Должно быть, именно об этом говорил доктор, когда утверждал, что Надинькину любовь ждут большие испытания! Она и готовила себя… к испытаниям, а не к постоянному отсутствию мужа. Ей представлялись странствия, лишения, постоянный труд, и всё это вместе, вдвоём! А ничего не было – Надинька жила точно так же, как и до замужества, и это было странно и неправильно.

– Всё, меня вызывают, – торопливо проговорил Серёжа. – Мы непременно вскоре увидимся, Надежда.