Право на девочку. Том 2

Если Лида вдохнет поглубже, то её грудь скользнет по его груди…

Мирон нагнулся, их глаза оказались на одном уровне.

И мир замер.

В прямом смысле.

Лида позабыла, как дышать, все мысли исчезли из головы. Остался только этот мужчина и его прожигающий взгляд.

Мирон не прикасался к ней.

– Тебе, красивая… – пауза, от которой по телу Лиды побежали мурашки. От тембра голоса Мирона, от его интонации, ослабли ноги. – Можно все. Тебе стоит только попросить… Попросить, понимаешь?

Никогда никто не говорил ей ничего подобного. А главное у Лиды даже не возникло ни йоты сомнения в правдивости его слов.

В горле у девушки запершило, Лида моргнула, умоляя себя не плакать. Это все гормоны. Сто процентов! И не важно, что срок беременности очень маленький и они ещё не начали бунтовать. Проще же свалить всё на них, правда?

– Тогда… – она тоже не смогла сразу сформулировать мысль полностью. – Раздевайся, – сглотнула и продолжила, – и иди спать.

Ей показалось, или Мирон на несколько секунд тоже перестал дышать? И его глаза, они точно ещё сильнее потемнели, став почти черными?

Мирон медленно кивнул и, сделав шаг назад, развернулся и молча вошел в ванную. Он не прикрыл дверь, Лида могла видеть, что он делает. Это хорошо… Потому что иначе она не справилась бы с одиночеством, которое внезапно обрушилось на неё, стоило мужчине отойти. Лида обхватила плечи руками.

Мирон открыл кран с холодной водой и несколько раз плеснул в лицо, не обращая внимания, что капли летят на костюм. Потом вымыл руки с мылом."

"– Где спальня? – лаконично поинтересовался Скиф, снова возвращаясь в Лиде.

– Там.

Диалог у них получался шикарным, чего уж тут.

Они прошли в комнату. Присутствие Мирона делало и без того небольшую комнату совсем маленькой, учитывая, что она была почти полностью меблирована.

– Мне на диване располагаться?

– Зачем? На кровати, – по инерции ответила Лида и тотчас покраснела.

Да что это такое! Откуда взялось смущение? Они с Мироном занимались сексом, трахались куда только можно и нельзя, а она сейчас стоит и что-то неразборчиво мямлит, зля саму себя! А иначе не выходило! Не получалось! Может, ещё раз ему врезать по плечам, чтобы она отмерла?

– На кровати, говоришь. Хорошо.

Покладистость Мирона тоже выбешивала и смущала. Лиде сразу начинало казаться, что она упускает нечто важное. Не видит то, что лежит на поверхности.

Но все её размышления закончились разом, когда Мирон начал раздеваться. Он прошел к креслу, скинул пиджак, потом начал снимать рубашку. В горле Лиды пересохло. Она, как маньячка, впилась в обнаженную спину Мирона, прекрасно осознавая, что соскучилась по нему.

Вот так. Внезапно.

По этому крепкому жилистому телу – точно.

За рубашкой пошли и брюки.

Неужели и боксеры снимет? Нет, раздевание Мирон закончил носками.