Право на девочку. Том 2

Он вошел на небольшую кухню, где Лида уже накрыла на стол.

– Присаживайся.

Она не спрашивала, будет ли он завтракать, и ему это понравилось. Значит, запомнила, что он ест по утрам, не ограничиваясь чашкой черного кофе. Лида казалась немного смущенной. С распущенными волосами и в коротком халатике она выглядела чертовски сексуальной. Если бы не надела нижнего белья, то завтрак не случился бы.

– Спасибо, – отозвался Мирон, отодвигая стул и кое-как протискиваясь между стеной и столом.

Лида успела приготовить яичницу с колбасками и тосты. Масло и сыр также имелись на столе. Все самое необходимое.

– А сама? – спросил он, заметив, что Лида не спешит за стол.

– А у меня вот – чай с лимоном, – смущенно улыбнулась она, показывая на большую белую кружку с изображением забавного синего котика.

– Тошнит по утрам?

– Ещё не пойму. Но запах еды тошноту не вызывает – уже хорошо.

Яичница оказалась вкусной, с хорошо прожаренными тостами зашла отлично. Мирон ел молча, отмечая, что Лида не отводит от него взгляда. Это хорошо. Значит, не сердится на него.

– Ты спешишь на работу? – любопытство взяло вверх, и Лида начала диалог.

– Мне не ко времени, но лучше не задерживаться. Я принимаю дела у начбеза Валгарова.

– Ничего не поняла.

На лице Лиды красовалась улыбка – естественная, простая, от которой у Мирона медленно срывало крышу. Он бы и рад не реагировать, но за прошедшие дни настолько по ней истосковался, что любой жест Лиды воспринимался едва ли не как интимный.

Тем более у неё в квартире, где она когда-то была счастлива с мужем.

– Начбез – начальник службы безопасности, – начал объяснять Мирон, втягиваясь в диалог и ставя мысленный блок на любые мысли о прошлой жизни Лиды. Он будет последним идиотом, если сейчас снова сорвется на эмоции и испугает девушку. – А про Валгарова ты не слышала?

– Откуда?

Мирон хмыкнул.

– Его имя часто транслируют по телевизору, в прессе и в инете. Один из самых молодых и холостых олигархов России. Как принято говорить, «сидит на трубе». Нефтяник.

Мирон, сам того не желая, все же сделал акцент на эмоциях, которые отобразились на лице Лиды, когда он говорил про Булата. Обычно у девушек загорались глаза. Ещё бы! Каждая из них в глубине души – и не только в глубине – мечтала, что однажды ей повезет. Она будет стоять на автобусной остановке, непременно в воздушной юбочке и белых носочках. А миллионер – вернее, лучше миллиардер, если уж замахиваться, то на максимальную высоту – будет проезжать мимо. Солнце упадет таким образом, что осветит воздушную деву. Олигарх в это время повернет голову в сторону остановки и увидит деву. Сразу потеряет голову. Дальше будет свадьба и «жили долго и счастливо»."

"Возможно, где-то так реально и случилось. Лично Мирон в этом сомневался.