Выйду замуж за спасателя (СИ)

— Ну как у нас дела, Наталья Антоновна?

— До вас мы разбирали семнадцатилетнюю маму, которая поила годовалого ребенка пивом, чтобы спал, а сама уезжала ""кататься"" с мужиками за деньги, бросая его одного. Ей решили дать шанс и только ограничить в правах на полгода. А перед ней мы рассматривали ""солевую"" семью с пятью детьми, которых органы опеки изымают третий раз. Третий! То есть предыдущие два их не лишили прав, понимаете? А перед ними, мать, которая сожительствовала с уголовником, который отсидел по статье изнасилование. А у неё две несовершеннолетние дочери, которых она оставляла с этим пьющим уродом, когда уходила в ночные смены.

... - тяжело вздыхает. — И ее тоже не лишают прав. А у вас.... чистый ""наговор на мать и девочку с целью получить вместе с опекой право распоряжение счетами и имуществом детей"". Тем более обе девочки пострадали. Ни одной претензии к матери нет. Задача комиссии — защита прав ребенка. Комиссия будет на вашей стороне.

— Спасибо, Наталья Антоновна.

Мы дожидаемся результатов комиссии. В связи с тяжёлой ситуацией — сбежавшим ребенком, нам обещали решение прямо сегодня. Так как это возможность убедить ребенка вернуться домой.

Толик выходит мыльный, с выпученными глазами, взъерошенный и злой как собака.

Пытается пройти на выход мимо Добрыни, который загородил своими широкими плечами узкий коридор.

Сначала прижимаясь к стене с одной стороны, потом с другой.

— Позвольте.... - надменно цедит он.

Добрыня разворачивается, глядя на него сверху вниз.

— Не позволю, — басит с угрозой.

И это явно не ответ на просьбу.

Тарханов вежливо вмешивается в их противостояние.

— Я бы хотел встретиться с вашим адвокатом до суда, обговорить вариант примирение сторон.

Потому что, если мы дойдем до суда и предоставим все факты и документы, следующим этапом будет лишение вас родительских прав. И взыскание с вас сумм совсем другого порядка.

— С чего бы? — брезгливо дёргает губами.

Тарханов протягивает ему свою визитку.

— Если хотите обсудить, я жду звонка. Нет — встретимся на суде.

Богомолов нервно выдергивает визитку из его пальцев.

Мы едем не домой, едем в пригород к Никите, там все дети, кроме Иринки. Она пока в отделении Державина. Её отдадут нам завтра."

"По решению комиссии девочки остаются у нас до суда.

Алина идёт в программу психологической помощи. На учёт её решили не ставить, не смотря на побег.

Перенервничав, мы оба молчим. Добрыня сжимает мою руку.

Внезапно меня укачивает. Потому что с утра у меня ни крошки во рту не было.

— Останови, пожалуйста!

Пулей вылетаю из машины на обочину.

Сглатываю ком в горле, пытаясь подавить приступ тошноты. Сгребаю свежий снег с куста у дороги, обвожу ледяным комком лицо.

— Божечки.... Перенервничала.... - оправдываясь перед ним.