Выйду замуж за спасателя (СИ)

- смывается, оставляя нас вдвоём.

Раздражённо вожусь с ружьём, поглядывая на нее. Она — с опаской — на меня.

— Что?! — не выдерживает она первая.

— Ты у нас, оказывается, любишь ревнивых мужчин.

— Не люблю я никаких мужчин... - распахивает глаза. — Тем более — ревнивых.

— Любишь-любишь...

— А-а-а-а... - доходит до неё или.... нет.

Молча и озадаченно хмурится.

Вздыхает, садясь на деревянные полати.

Подхожу к ней, поднимая за подбородок лицо. И вроде как придурком ревнивым быть не хочется.... Но и в таком состоянии существовать совершенно невозможно.

— ""Молилась ли ты на ночь, Дездемона?"" — заглядываю в глаза.

— Автору.... - хлопает ресницами.

— Какому ещё автору?

— Коллеге...

— Зачем?

— Обсудить... - растерянным шепотом.

— Что?

— Сюжетный поворот... Нужна консультация от меня. Мы, в общем, договаривались вечером, я обещала.... - оправдывается, смущаясь.

— А!

Придурок, ты Саянов, да....

Наклоняюсь, целую в губы.

— В свое оправдание хочу сказать, что....

....""Люблю тебя"".

Но как-то слить признание на шутку — совсем отстой!

— Что ревную, пиздец просто! И держался до последнего.

— Меня?!

Удивлённо распахивает глаза.

— Меня?? Ну вы, Добрыня Никитич, напридумываете ерунды какой-то. Прямо очереди стоят на Веру Павловну! — цокая, закатывает глаза. — Ревнуй — не хочу! Да у меня кроме мужа никого и не было.

Оуу.... Мои любимые простые ""пять копеек!"". Женщина без второго дна. Бесхитростная и открытая. Чудо света!

— ВерПална просто не от мира сего и нихрена не замечает. Ни себя, ни других... - развожу руками. — Спрячется в своих капюшонах безразмерных.…

— А что я должна заметить?!

Что я влюблен в тебя как дурак!

Как сказать-то?! Прямо профнепригодность какая-то, Саянов.

Вера задумчиво смотрит в окно.

— Верочка... Ну, прости. Я “инвалид” по первому браку.

— Ммм.... - переводит на меня взгляд с прищуром, как у Иришки — один в один. — А дашь пострелять?

— Вообще всё дам!

Всё-всё….

Глава 37 — Охота

Печь трещит, на столе горят оплавленные свечи в стальной чашке. Блики пляшут по темным стенам.

Младшие — уложены на печь, старшие — в диаметральные углы полатей. Мы с Верой лежим посредине, под одним спальником. Но ещё не спим....

Верин телефон совсем не ловит. И я отдал ей свой. Там периодически мелькает одно деление и можно пробиться.

Переписывается со своим ""автором"".

Обвожу её губы пальцем.

— Красивые.... - шепчу тихо.

Пряча улыбку, прикусывает губу.

Веду пальцем по её телу вниз.

— И там... красивые.

Зависая пальцами перед экраном, скашивает на меня подозрительный взгляд.

— Да-да.... - заигрываю с ней.

— Не бывает у рожавших женщин — ""красивые""....

— Это тебе гном твой бывший сказал? — угорая, шепчу ей на ушко. — Так это он специально, чтобы ты обламывалась любовника завести. Из ревности.