Дурная примета

- Яна, как мама? – спрашивает ожидающая меня на лестничной площадке тетя Валя, мать Антона.

- Здравствуйте. Нормально, сейчас проходит курс химиотерапии…

- Операцию сделали уже?

- Нет.

- Чего тянут?

Я и сама задаюсь этим же вопросом. Зачем рисковать, если можно сразу удалить опухоль.

- Говорят, так надо…

Гремя ключами, открываю дверь и захожу в квартиру. Тетя Валя идет следом.

- Как сама?

- Хорошо…

- Кто будет? Знаешь уже?..

- Девочка…

- Понятно… Ян, заходи вечерком, чаю попьем…

Тетя Валя мне нравится. Она добрая, тихая, спокойная, в отличие от ее мужа громкоголосого дяди Саши. Но от приглашения отказываюсь, опасаясь столкнуться там с Антоном.

После последнего нашего разговора, он звонить перестал, и когда я приезжала к маме, больше не приходил. Видела его пару раз на улице, но он, бросая на меня злые взгляды, даже не здоровался.

- Я порядок хотела навести, чтобы к маминому возвращению, чисто было. Окна помыть, кровать передвинуть… Давайте, как-нибудь в другой раз…

Тетя Валя, больше не навязываясь, уходит, а я, перекусив бутербродом с чаем, принимаюсь за дело.

Я, правда, ехала с намерением привести квартиру в порядок. Мама еще не скоро сможет это сделать, я – тем более. До родов остается меньше трех месяцев, так что скоро я не то, что окна мыть, даже шнурки завязать себе не смогу.

В делах день пролетает незаметно. Окна вымыты, шторы постираны, санузел отчищен, осталось дело за малым. Передвинуть мамину кровать к другой стене.

Я бы могла попробовать, но, активно бьющая ножками в животе, дочка, тормозит мой порыв.

Мы устали…

Усевшись на диван, вытягиваю ноющие ноги, и складываю руки на животе.

- Сейчас немного отдохнем, - проговариваю негромко, - и пойдем супчик кушать.

Малышка, словно почувствовав, что я разговариваю именно с ней, пинает пяточкой в руку.

- Проголодалась, да?..

Трель дверного звонка прерывает мой монолог, и я, кряхтя и держась за поясницу, как бабуля, плетусь в прихожую.

- Здорово… - говорит Антон, приваливаясь плечом к косяку.

- Привет…

- Матушка сказала, тебе мебель передвинуть надо…

Мне хочется сказать, что я уже сама справилась, но вместо этого отхожу в сторону, пропуская его в квартиру. Наверное, во мне говорит чувство вины за то, что не оправдала его ожиданий и желание прекратить объявленную им холодную войну.

- Че двигать? – спрашивает Антон, а сам смотрит на мой живот.

- Кровать… я хотела ее к этой стенке поставить, а туда кроватку…

Сжав губы в тонкую полосу, он подхватывает одну сторону кровати.

- Помочь?.. – бросаюсь к изголовью.

- Отойди! – цедит парень, разворачивая ее на девяносто градусов, - не мешай!

Я послушно отхожу к дверному проему и стою, обняв свои плечи, пока он устанавливает ее на новое место.

- А че хахаль твой не помогает?.. – ухмыльнувшись, интересуется Антон.