Дурная примета

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Не получается, Ян… Я пробовал.

С этими словами Майкл зарывается пальцами одной руки в мои волосы на затылке и, наклонившись, целует в губы. Не глубоко, нет… Просто ласкает их своими губами, иногда подключая язык.

Я отвечаю. Жмусь к нему сильнее, пробираюсь руками вверх и обхватываю его шею.

- Мммм… Янка… - двигает бедрами вперед, посылая жаркий импульс по моему телу.

Желание острой иглой стреляет в промежность. Инстинктивно сжав бедра, я вздрагиваю и отстраняюсь.

- Давай тормознем, иначе я трахну тебя прямо здесь на столе, - сипло шепчет он, и вторая стрела бьет прицельно туда же.

Растерянно моргая, я висну на его шее. Ноги, кажется, потеряли чувствительность, я их почти не ощущаю."

"Не знаю, как, но я все же дохожу до стола и тяжело падаю на стул. Майкл, глядя на меня с затаенной улыбкой, разливает по бокалам вино.

Не смея поднять глаз от тарелки, наполняю ее едой. Делаю это, чтобы скрыть свое состояние. Вряд ли я смогу проглотить хоть кусочек.

- Бери, - указывает глазами на мой бокал, - пьем за твою свободу, надеюсь, больше ты таких фокусов с замужеством не выкинешь.

Впиваюсь взглядом в его лицо. Он не улыбается, это не шутка.

- Я до сих пор не понимаю тебя, Яна.

Так и не пригубив вина, ставлю бокал и складываю руки на столе.

- Что именно тебе не понятно?

- Неужели выйти замуж за этого утырка тебе оказалось проще, чем сообщить мне о беременности?

- Проще… - подтверждаю я, - он ведь не всегда таким был. Когда мама умирала от рака у меня на руках, а сама я была на сносях, Антон и его семья держали меня на плаву. А ты был в Штатах.

- Я вернулся, если бы знал.

Взяв в руки вилку, начинаю ковыряться в салате. Слова лезут наружу, но я, закусив губы, все еще не решаюсь произнести их вслух.

- Яна…

- Майкл, помнишь наш последний разговор? Ну… после того раза…

- Немного… - сузив глаза, медленно проговаривает Майкл.

- А я помню все до последнего слова.

- Что именно?

- Извини, пересказывать не буду, - усмехнувшись, отправляю в рот кусочек огурца.

Поразительно. Тот разговор стал моим кошмаром. Оформленный какими-то карикатурами, не раз всплывал в моих снах. И занял почетное первое место среди причин моих слез.

А вот Майкл его, оказывается, даже не помнит.

Просто чудесно.

- Я тебя тогда сильно обидел?

Обидел?.. Тогда мне казалось, он убил во мне женщину.

- Ты сказал, что будь трезвым, никогда бы со мной не лег.

По его лицу проходит тень. Несколько раз быстро моргнув, он отводит взгляд.

Зачем я это сказала?..

Держала бы, как всегда, рот на замке. А теперь не вовремя проснувшейся обидой все испортила.

- Прости… - бормочу, пряча взгляд в тарелке с «Цезарем».