Две по цене одной

И тогда Ева решилась на то, чего раньше никогда не делала. Вместо того, чтобы отключить телефон, просто выключила звук и положила аппарат в сумку.

Пришла домой и как мышка проскочила в свою комнату, даже от ужина отказалась. Улеглась в кровать и продолжила терзать мобильный.

Мозг бомбардировали мысли одна другой мрачнее и страшнее, а Арам все не отвечал и не отвечал, сколько бы сообщений она ему ни отправила. Погруженная в свои грустные думы, Ева даже не сразу услышала в коридоре шаги. Не отреагировала, как следовало. Обычно отец стучал, прежде чем войти, если был трезвый. Сегодня как раз не пил ни капли, и она расслабилась…

Не успела спрятать мобильный, когда папа вдруг появился на пороге ее крошечной комнаты.

— Ты почему не хочешь ужинать? — строго спросил.

Стоило ему увидеть мобильный, который Ева слишком поздно попыталась засунуть под подушку, как взгляд его превратился в бешеный.

Сердце Евы мгновенно ухнуло куда-то вниз. Она села на кровати и уставилась на отца виноватым взглядом.

— У тебя телефон? Откуда? — Отец буравил ее жестким взглядом.

А потом подскочил, отбросил подушку и взял его.

— Купила… — тихо ответила она, боясь даже вздохнуть.

— Айфон ты себе купила? — заскрежетал он зубами. — Это на какие интересно шиши? Давай, рассказывай! А если подумаю, что врешь, отлуплю!

«Ой-ой… этого не надо…» — простонала про себя.

— Папа, успокойся, пожалуйста…

— Я тебе сейчас так успокоюсь, что ты у меня неделю сидеть на заднице не сможешь! Говори, где взяла? Или украла? Моя дочь воровка?! Я его разобью об стену, если не скажешь!

— Не надо! — взвизгнула Ева и подскочила с кровати. — Я не воровала, мне подарили!

— Кто мог тебе подарить такой подарок? Ну? Отвечай!

И тут до него дошло:

— Барсегян?!

Еве не нужно было отвечать, отец моментально все прочел по ее лицу, и в этот момент глаза его налились кровью. Он размахнулся и со всей свей недюжинной силы швырнул несчастный мобильный о стену.

Дочь вздрогнула, когда драгоценный аппарат, жалобно завибрировав, упал на пол.

Папаше же и этого будто показалось мало. Он подлетел к месту, куда приземлился мобильный, и со всей дури топнул по нему ногой в старой тапочке.

Ева поморщилась, заметив, как экран пошел трещинами.

— Вот тебе, а не телефон! Что ты ему сделала, что он дарит тебе такие подарки? Ты легла под него?! Моя дочь — проститутка…

Ева догадалась судорожно замотать головой.

— Нет, нет, нет, — затвердила она, как заведенная. — Ты все не так понял, пап!

Его лицо исказилось от злости, он покраснел, как будто после бани, и заголосил:

— Учти, тварь такая, если ты решила быть подстилкой Барсегяна, в моем доме тебе делать нечего! Я сейчас схожу в магазин, а когда вернусь, буду тебя спрашивать. И ты все мне расскажешь… что у вас было, чего не было.