Две по цене одной

Были пострадавшие из их числа, и естественно, в интернете эту тему активно муссировали.  Хозяин начал обливать пострадавших грязью, даже в суд хотел подать за клевету, в общем, задел за живое. И теперь сюда почти каждую неделю приезжает какой-то блогер, а потом поливает отель помоями в своем блоге. Количество гостей сильно сократилось…

И тут Арам понял, каким в этой сделке было двойное дно. Местечко-то с сюрпризом.

— Врешь? — на всякий случай переспросил.

— Вбей в «Инстаграме» тег «Скандал в Орионе», все сам увидишь, — выпалила она на одном дыхании.

Арам достал телефон, открыл приложение и ввел нужный тег. Страница пестрела самыми разными ругательными постами, к слову, совершенно не связанными ни с какими полицейскими рейдами.

За две минуты он нашел кучу высказываний из разряда:

«В номерах сплошная грязь».

«Персонал хамит!»

«На этаже воняет дохлой рыбой!»

И так далее и тому подобное.

Видимо, скандал давно перерос в банальную травлю.

Репутация заведения была не просто подмочена, а насквозь пропитана зловонной жижей.

— Если ты купишь «Орион», прогоришь, — хмыкнула Ева. — Не берись за это, уезжай.

— Что делать с отелем, — парировал Арам, — я разберусь без твоих советов. Вернусь сюда завтра и скажу тебе, что решил по поводу дочери и… тебя.

— Совсем обалдел? Решатель фигов…

— Когда ты успела отрастить такой длинный язык?

— Было время… — фыркнула Ева.

— Я все сказал. Провоцировать меня бесполезно, даже не пытайся. И на жалость давить не советую, ее у меня нет. Будет так, как я решу. — Он развернулся и зашагал к выходу.

А в спину ему вдруг раздалось:

— Уже уходишь? Не забудь споткнуться!

«Решила попрактиковаться в остроумии, милая? Я тебе устрою… За все заплатишь оптом».

Глава 13. Сумеречная зона

Он верил и не верил, что наконец встретил Еву.

Как же молился когда-то, чтобы только ее отыскать, только увидеть… Как скучал, переживал из-за этой мелкой, гадкой сучки, аж вспомнить противно.

Любил! Как же сильно он любил ее когда-то. А потом клялся себе: больше ни единого раза о своей любви не вспомнит. И столько раз нарушал клятву, что сбился со счета. Снова грезил, как встретит ее. Мучился, лез на стенку и опять божился: больше ни-ни.

И вот восемь лет спустя эта дрянь за секунду разбудила в нем все, чем жил, чем болел в далекие восемнадцать. Еще и дочь от него скрыла.

«Пока я подыхал от тоски, она жила своей жизнью, и ей было глубоко плевать, как я там. Просто кинула…» — эта мысль кусала его, ела, грозила сожрать целиком.

Арам великолепно помнил, как паршиво ему было в первый год, когда уехал из родного городка в Москву. Первый месяц он жил единственной целью — закрепиться в университете, устроиться на работу, отложить денег на то, чтобы забрать Еву к себе. Ни о чем другом и думать не мог.