Его строптивая малышка (СИ)

Уголки вокруг подрагивают, а в глазах загорается тёплый огонёк."

"Меня даже слегка ревность укалывает. Виолетта вообще обаяшка, и в глубине души я признаю, что она красивее меня. Одно радует, сестра слишком юна, чтобы заинтересовать Староверова.

– Не надо дёргать Анну, я сама всё покажу Ви.

– Ладно скоро ужин. Буду ждать в столовой, – и Данил скрывается в недрах дома.

– Горячий, – констатирует Ви, когда мы заходим в её комнату. – Понятно, чего тебя так штырило. И непонятно, чего ты так долго тянула и упиралась. С таким-то боссом...

– Тебя не спросила, – ворчу я смущённо.

Эта козень быстро просекает, что мы с Данилом перевели отношения в горизонтальную плоскость, и теперь у нас мир и благодать.

Оставив сестру осваиваться и приводить себя в порядок, я тоже переодеваюсь домашнее.

Мама звонит, когда я уже стою на пороге. Я даже задумываюсь, а брать ли трубку? Я столько всего сейчас знаю про отчима, что молчать – это значит соврать, но она ведь мне не поверит.

Однако мама звонит крайне настойчиво, и я всё же отвечаю.

– Привет, мам.

– Привет. Ты совсем пропала, не звонишь, – упрекает мама.

Странно, а чего она ожидала? Все наши разговоры в последнее время ни к чему доброму не приводят, а все сводится только к ссорам и обидам.

– Занята была: плотный график, уже даже в командировку съездила, – решаю не выставлять очередных бессмысленных претензий.

Помолчав, мама неуверенно спрашивает:

– И что? Тебе нравится то, чем ты занимаешься?

Где-то что-то сдохло. Мама заинтересовалась моими делами. Причём, похоже, искренне. Нет, я не настолько воспринимаю всё в штыки, чтобы думать, что моя судьба матери безразлична… Но всё же когда-то где-то что-то произошло, и я стала отрезанным ломтем.

– Да, мам, не волнуйся. Меня всё устраивает, – успокаиваю я её.

– Хорошо если так, – в ее голосе слышится сомнение. – Просто… Ты же хотела стать архитектором или дизайнером…

Только сейчас мама почему-то осознала, что я наплевала на свою мечту. Что происходит?

На самом деле, я хотела стать художником, но я действительно нашла своё призвание в этой профессии. Мне нравится анализировать, и это получается у меня хорошо. А рисовать я могу и для себя.

– Всё нормально, мам.

Опять неловкая пауза.

– Ты же завтра приедешь? Вот и Ви должна прилететь.

– Да, конечно, буду, – подтверждаю и вспоминаю, что буду не одна. – Мам, у меня ещё будет плюс один.

– С мальчиком придёшь? – оживляется она.

– Типа того, – хмыкаю я, воскрешая в памяти образ «мальчика».

– То есть, это не Толя?

– Нет, это другое. Вот заодно вас и познакомлю.

– Ну хорошо.

Мама мнётся, не зная, что ещё сказать. По душам мы с ней давно не разговаривали. Отвыкли.

Мы скомкано прощаемся. Отчего-то у меня остается ощущение, что мама в каком-то раздрае.