Эволюционер из трущоб

Ха-ха, — пошутила врачиха, но её подруга, сидящая за компьютером, лишь закатила глаза. Видать, подобные шутки её уже порядком достали. — Ладно, топай отсюда, переросток. Здоровье у тебя отменное. Нареканий не имею.

Я вышел в коридор, сияя довольной улыбкой, и заметил печального Сергея. Он стоял рядом с бараками, прислонился спиной к стене и о чём-то размышлял, глядя в пустоту.

— Чего глустишь? — спросил я, встав рядом.

— Через пару месяцев мне исполнится шесть, — пояснил он, думая, что я хоть что-то понял.

— Плиготовлю тебе подалок. Видел, на кухню завезли новую палтию батончиков.

— Ты не понял. Когда тебе исполняется шесть, переводят в другой пансионат. Тренировки жестче, условия тоже. К тому же, я слышал, что там и ученики полные отморозки.

— Хуже Плохолова? — нахмурился я.

— Этот сопляк даже в подмётки им не годится.

— Ого, — присвистнул я и похлопал друга по плечу. — Ты не пележивай. Как только я добелусь до пелвых стлочек лейтинга, то слазу же пелеведусь в твой пансионат. И вместе мы поставим всех на колени! — Я улыбнулся и погрозил кулаком невидимому противнику.

— Надеюсь, что…

Зазвучала сирена, и мы побежали на занятия. Точнее, побежал Сергей, я же как всегда прогулял. Это было чревато выговором и наказанием в виде мытья туалетов, но даже это увлекательнее гимнастики. Да к чёрту гимнастику! Суставы у меня до сих пор такие гибкие, что хоть ногу за голову закидывай. А вот послушать, чем живёт магический мир, бесценно!

Я, как всегда, прятался снаружи и прислушивался к тому, что рассказывала престарелая дама лет шестидесяти. Её голос дребезжал, как консервная банка, пляшущая по асфальту, а из кабинета нестерпимо разило духами — кажется, это была лаванда. С одной стороны, мне хотелось попасть внутрь и заниматься со всем наравне, а с другой… Я бы там задохнулся, уж слишком сильно там воняло приторными сухими цветами.

— Таким образом, мы имеем всего три способа восстановления маны, — проскрежетала старуха, в такт скрипя мелом по доске. — Первый — естественный. Он же — восстановление с помощью ядра маны. Второй способ — иссушающий. Когда вы залезаете в долг собственного тела и используете жизненную силу вместо маны."

"— А не лучше ли залезать в долг, а потом подольше отдыхать? — выкрикнул кто-то из учеников.

— Прежде, чем говорить, поднимайте руку. И нет, не лучше. Каждый раз, когда вы влезаете в долг, вы разрушаете собственное здоровье и уменьшаете продолжительность жизни. Безусловно, если вопрос стоит между жизнью и смертью, то и этот способ сгодится, — меланхолично ответила преподавательница и снова заскрежетала мелом по доске.

— Можно я⁈ Можно? — послышался писклявый голосок.

— Говори, — вздохнула женщина.

— Третий способ ведь самый лучший, да?

— Вовсе нет.