Газлайтер. Том 15 (СИ)

Что они видят? Сильного мага, Дар которого наручники заглушат. Правда, есть ещё артефакты. Их снять не проблема.

«Скидывай свои побрякушки, надевай браслеты и подходи к двери», — решается Грандмастер. — «И без глупостей, ясно?»

«Ясно, ясно».

Ну всё, клюнули. Дело за малым.

«Змейка, — мысленно связываюсь с ней, — держись спокойно, без резких движений. Мы тебя вытащим».

«Я — Мать выводка, фака-а!» — шипит она в ответ, не желая уступать. — «Мазака, сссех порррву».

«Всех порвёшь, но потом, ясно, фака?!»

«Р-радно, фака», — наконец смиряется Змейка.

Я подзываю Светку, отдаю ей зеркальца и другие артефакты из разгрузки, параллельно приказывая гвардейцу принести наручники.

— Даня, зачем наручники? И зачем снимать допзащиту? — Светка смотрит на меня с недоумением, и Камила с Леной обмениваются такими же непонимающими взглядами.

— Ни за что не догадаешься. Я пойду в заложники вместо Змейки, — улыбаюсь блондинке, и она округляет глаза. Впрочем, как и все, кто слышит нас.

— Даня, что?! Но это же… это же…

— Что? — я с улыбкой жду ответа.

— … безумие в твоём стиле, — выдыхает блондинка, погрустнев, и вдруг ее лицо загорается надеждой: — А с тобой нельзя?

— Думаю, им и одного русского дворянина будет жирно, — качаю головой. — Но спасибо за предложение. Кстати, приведите Угало Быка. Вроде бы я его несильно стукнул. Интересно узнать, кто же такие смелые сидят в убежище, пока их соратники сражаются.

Пока гвардейцы тащат наручники и полуголого финна в бессознательном состоянии, на горизонте появляются Булграмм и Студень, явно взбудораженные.

— Конунг! — Великогрыч взбудоражен не на шутку. — До меня дошла весть, что ты решил сдаться врагу, чтобы вызволить свою верную Горгону. Это, конечно, благородно, но позволь мне, твоему воеводе, пойти вместо тебя.

— Не позволю, — отвечаю спокойно, протягивая руки. Гвардеец тут же надевает на меня браслеты. — Ты ведь, небось, мечтаешь героически сложить голову в неравном бою?

— Жизнь отдам! — горячо подтверждает тавр, глаза сверкают решимостью. — За Тавиринию! За конунга!

— Не пойдет. Мне вы все нужны живыми, — пресекаю его пыл веселым тоном. — А сейчас не шумите.

Булграмму приходится затихнуть.

Я тем временем погружаюсь в сознание Угало. Сын конунга, говоришь, бугай? Ну да, почти… Но это «почти» — ключевое. Обычный бастард, один из сотен, которых у финского конунга хоть пруд пруди. Ценность этого бородача для Тапио — абсолютный ноль. Конунг не утруждает себя заботами о своих незаконнорожденных отпрысках.

А в убежище сидят такие же бастарды. Просто, в отличие от Угало, они не настолько смелые и решили отсидеться в укрытии, благо статус бастарда это позволяет.

Потряс наручниками для проверки, и, убедившись, что они достаточно крепки, направляюсь к бронированной двери.