Господин моих ночей

— Между прочим, не только тебе сейчас жарко, — намекнули мне через долгое, безумно долгое мгновение.

— Что?

Я открыла затуманенные глаза, и высший, поймав мои ладони, положил их себе на грудь.

— Помоги мне раздеться, — шепнул лукаво. — А я, в благодарность за героизм и спасение ценного для государства алхора от теплового удара, научу тебя плавать. Договорились?..

Это был очень необычный день, полный событий, впечатлений, приключений и новостей, далеко не всегда приятных.

Это был странный день, изменивший мои представления о людях, которых, как казалось, я хорошо знаю.

Сэлн… Я с детства привыкла думать о нем, как о человеке чести и слова. Герцогиня ли Парс, моя будущая свекровь… Всегда безупречно элегантная, безмятежно-надменная и ровная со всеми, включая слуг. Рик... Я считала его исконным лагорцем, беспечным, легкомысленным прожигателем жизни, болтуном и весельчаком.

Каждый из них сегодня открылся для меня с новой стороны.

Кроме того, это был невероятно длинный день. Начался он рано утром, в по-осеннему прохладном лесу под Кайнасом, а заканчивался в Лагоре на берегу теплого летнего моря.

А еще, это был волшебный день, приоткрывший дверь в сказочный мир, где сбываются мечты."

"Если бы кто-то сказал мне еще вчера, что я при свете дня и не в спальне, а открытой всем ветрам и взглядам беседке разделю страсть с мужчиной, не стыдясь этого, забыв обо всем на свете, я бы, наверное, не поверила.

Хотя, еще несколько месяцев назад я бы ни за что не поверила и в то, что соглашусь принадлежать не мужу — любовнику не потому, что должна и у меня нет выбора, а потому что сама хочу. Просто хочу, и все.

А договор? Даже если бы его не существовало, для меня ничего бы не изменилось. Я наслаждалась каждым мгновением рядом с Айтоном. Пусть он рядом не навсегда, пусть чужой жених и где-то там его ждет невеста — сейчас мне все равно. В этот странный, долгий, чудесный день я радовалась любому мгновению, украденному у судьбы. И даже, преодолев застенчивость и смущение, совершенно раздетая, отправилась купаться в компании обнаженного мужчины.

Я не боялась воды и, если уж быть честной, прекрасно умела плавать, в детстве часто бегала с деревенскими подружками на озеро. Но когда высший, быстро подплыв сзади, обхватил за талию и утащил вниз, на глубину, невольно задергалась. Маг не позволил мне вскрикнуть и наглотаться воды, запечатав рот своими губами. Так мы и поднялись на поверхность — сплетясь в тесном объятии и жадно целуясь.

До берега мы в тот раз не добрались, остановились у большого, нагретого солнцем валуна. Айтон шептал что-то на чужом, непонятном языке, перемежая слова настойчивыми поцелуями, и я вновь и вновь взлетала в его руках вверх, к раскинувшемуся над нами бескрайнему лазурному небу.

Так мы и провели этот день.