Игра на чужом поле

Меня это не касается».

Потом Дамир долго и нежно целовал Настю, гладя ее по спине и ласково перебирая длинные волосы, и опять Настя внутренним метрономом просчитывала ситуацию, называя себя при этом циничной, холодной и начисто лишенной романтичности. «Я – моральный урод, – уже в который раз за последние дни повторяла она про себя. – Почему я не могу расслабиться и получить удовольствие от ухаживаний красивого талантливого мужчины? Почему мне так скучно?» Она дала Дамиру поблажку и на этот раз досчитала до двадцати. Потом поднялась, пожелала ему доброй ночи и ушла к себе.

* * *У Павла Добрынина было выработанное годами твердое правило: никогда не оставаться у женщины до утра. Понятие «утро» в его представлении не связывалось с каким-то определенным положением стрелок на часах. Главным критерием была утренняя атрибутика: умывание, разговоры, совместный завтрак, одним словом – все, что так или иначе напоминало семейный уклад. Даже если он просыпался в чужой постели в десять утра, он немедленно одевался и уходил. Так ему было проще.

Оторвавшись от роскошного тела брюнетки, Павел взглянул на часы – почти половина четвертого. Двести тысяч, считай, в кармане, с удовлетворением подумал он. Пора идти к себе и хоть немного поспать.

Брюнетка отнеслась к этому с пониманием и не удерживала его. Видно, она с ним одной породы, ищет разовых развлечений, а не постоянных партнеров.

Подойдя к номеру 240, Павел тихонько постучал. Не услышав за дверью никаких шорохов, свидетельствующих о том, что сосед проснулся и сейчас откроет ему, постучал погромче. Тишина. Он осторожно нажал на ручку. Дверь легко поддалась. Ну, паразит, разозлился Добрынин, дрыхнет без задних ног в незапертом номере. Ведь сколько раз предупреждал, чтобы не оставлял дверь открытой: его, Павла, кожаная куртка, фотоаппарат, двухкассетник и прочее барахло стоят бешеных денег, а вдобавок у них в номере хранится общая касса, не только их с Николаем, но и Женькины вклады в игру. Поразительная беспечность.

Включив верхний свет, Павел приготовился устроить приятелю выволочку. Тот неподвижно лежал, укутавшись одеялом и повернувшись лицом к стене."

"– Эй, Коляныч! – громко позвал Добрынин. – Ну-ка просыпайся! Нас обокрали.

Сосед не шевельнулся. Павел подошел к нему, потряс за плечо. Крик застрял у него в горле.

* * *– Что же нам делать? – растерянно спросила Светлана Коломиец. Она сидела на диване, свесив босые ноги на пол и укутав плечи одеялом.

– Надо линять отсюда, пока за нами не приехали. В нашем распоряжении около четырех часов.

Влад медленно ходил по комнате, его знобило, и он никак не мог согреться.

– Вся беда в том, что нам некуда деваться. Нас найдут моментально – красивая девушка и с ней лилипут. Колоритная парочка, ничего не скажешь.