Игра на чужом поле

С Верочкой он познакомился год назад, когда пришел на практику в школу преподавать химию и биологию. На первых порах он не обратил на нее внимания, даже не подозревая, какой острый интерес к «взрослой» жизни таился за этим невинным ангельским личиком. Саша и опомниться не успел, как консультации по химии в пустом классе после уроков стали ежедневными, демонстрация коленок – все более откровенной, запах духов – вызывающим. Верочка оказалась девочкой целеустремленной и, влюбившись в Сашу, твердо доводила дело до конца, не стесняясь ни быть навязчивой, ни казаться распущенной. Казаков несколько недель присматривался к ней, оценивая внешние данные, остроту и неординарность мышления, готовность к сексуальной свободе, после чего сыграл ва-банк.

– Вера, – страдальческим голосом сказал он, сделав грустные глаза, – я тебя люблю. Но тот мир, в котором мы живем, нас не поймет. Тебе только тринадцать лет, а мне уже двадцать четыре. Если мы станем по-настоящему близки, меня посадят в тюрьму. Ты это понимаешь?

– Ерунда какая, – легкомысленно заявило прелестное дитя, – я уже давно не девушка. Мы с пятого класса в «ромашку» играем.

Это развязало Химику руки. Иметь для съемок категории «В» постоянную девицу было куда безопаснее, чем каждый раз подбирать новую. По категории «А» проходили взрослые женщины, далеко не все из них были проститутками, но молчали – все. С нимфетками всегда было и сложнее, и опаснее. Вера оказалась для Казакова блестящей находкой, особенно после того, как он сочинил для нее легенду о побеге за границу, для которого надо было накопить денег. Его безмерно удивляло, что такая умная и незаурядная девочка могла поверить в подобную чушь. Одно время он даже начал подозревать, что она только прикидывается доверчивой. Но все сомнения рассеялись однажды вечером, когда они с Верой коротали время у него дома.

– Можно в следующий раз поехать к нам на дачу, но я не люблю там бывать, – сказала Вера. – С тех пор, как Лиля уехала, мне там грустно.

– Лиля – это кто? – спросил Химик, поудобнее устраиваясь на подушке.

– Лиля – дедушкина любовница. На сорок лет моложе его. Ух, как дед ее любил! – Она завистливо вздохнула. – По нескольку раз в год возил ее за границу, то на модный курорт, то музеи какие-нибудь смотреть. Она как-то обмолвилась, что хотела бы увидеть настоящий английский парк, так он ее специально в Англию повез. Лиля веселая была и очень добрая. Дед ей купил квартиру, но ей на даче гораздо больше нравилось. Целыми днями могла сидеть на крыльце и смотреть на деревья. Потом дед ее замуж выдал за какого-то фирмача, и она с ним в Вену уехала. Перед отъездом попросила меня съездить с ней на дачу, бродила по саду, каждое дерево погладила. И плакала ужасно.