Иного решения нет

Бросалось в глаза, что в нем никто никогда не жил.

«Странно, – подумал Антон, внимательно осматривая каждую трещинку и царапину. – Зачем сюда спускались? Ведь отчетливо видно по следам ободранной краски, что это было не один раз».

– Дрон! – позвал он офицера. – На всякий случай надо проверить здесь уровень радиации."

"После громких заявлений и угроз представителей некоторых вооруженных формирований о наличии у них радиоактивных материалов в количествах, позволяющих создать грязную атомную бомбу, на все подобные мероприятия силовики выезжали, имея при себе дозиметры.

Однако обследование подвала на предмет радиоактивного фона ничего не дало. Удрученные неудачей, спецназовцы покинули дом. Старика до конца дня решили взять с собой, чтобы для правдоподобности промурыжить в Курчалое.

Перед самым рассветом, крадучись пройдя вдоль заброшенных садов, с десяток вооруженных людей, словно тени, бесшумно рассеялись, растворились среди начавших выступать из темноты кустов и деревьев. Немного позже, после того как проухал филин, прошли еще четверо. В отличие от тех, кто появился здесь раньше, они не особо прятались.

Перемахнув через плетень, мужчины прошли между грушами, миновали небольшой хлев и сарай.

В соседнем дворе загремела цепью потревоженная шумом собака и несколько раз пролаяла. Ей лениво откликнулась другая, с противоположного конца села.

Едва они оказались у крыльца, как почти бесшумно открылась дверь. Не мешкая, они прошли в дом. Было видно, что их ждали.

– Ну, здравствуй, учитель, – Хаяри распростер руки и шагнул к старику.

Они обнялись.

Во всех комнатах дома на этот раз окна были завешаны одеялами. Айдаев относился к делу с большой ответственностью и тщательно соблюдал все условия конспирации.

– Ты совсем не изменился, – едва слышно пробормотал растроганный Шевади.

– Вы тоже, – Иттихад отстранился от Айдаева и с тревогой огляделся. – До меня дошли слухи, будто трое наших братьев накликали на тебя беду? У тебя был обыск. Кто эти люди?

– Они прибились к Сулло и Юшу. Дошли с ними до наших мест. Старшего звали Вахид. Хотели мстить неверным и искали таких же, как они, моджахедов, – Шевади говорил с горечью в голосе, что не ускользнуло от слуха Хаяри.

– Ты расстроен, что не помог этим людям? – заглядывая в глаза, спросил араб.

– Да, – старик кивнул. – Я предоставил кров и еду, но до последнего не верил им. Слишком большой у меня груз ответственности перед моим народом, чтобы делать ошибку. Как горец я сказал им, что они гости. Потом пришли федералы. Эти люди оказались настоящими воинами. Один из них был ранен и взят в плен. Он вел себя так, что меня переполнила гордость за мой народ.

Они прошли в комнату, где был оборудован вход в подземное укрытие, найденное русскими.