Ипотека на Марсе
Ложь неприятна, но порой правда хуже лжи. В детективное агентство «Тюх» обратился Максим Юркин – популярный артист, кумир миллионов. Он хочет найти свою дочь подростка, которую отдали в специнтернат для перевоспитания. Убежать из такого учреждения, где даже мышь не проскочит, невозможно. Но Вере это удалось. Дело осложняется тем, что на кону жизнь ее младшего брата, ведь у Кирилла редкое заболевание. И только пересадка костного мозга сестры может спасти его. Времени мало, а девочка исчезла. Даша Васильева и сыщики агентства срочно разворачивают операцию по поиску девочки. Но чем глубже они погружаются в дело, тем яснее становится: побег Веры – не просто попытка обретения свободы, а тщательно спланированная игра. И ставки в ней – человеческая жизнь.72-я книга из цикла «Любительница частного сыска Даша Васильева».Дарья Донцова – самый популярный и востребованный автор в нашей стране, любимица миллионов читателей. В России продано более 200 миллионов экземпляров ее книг.Ее творчество наполняет сердца и души светом, оптимизмом, радостью, уверенностью в завтрашнем дне!«Донцова невероятная работяга! Я не знаю ни одного другого писателя, который столько работал бы. Я отношусь к ней с уважением, как к образцу писательского трудолюбия. Женщины нуждаются в психологической поддержке и получают ее от Донцовой. Я и сама в свое время прочла несколько романов Донцовой. Ее читают очень разные люди. И очень занятые бизнес-леди, чтобы на время выключить голову, и домохозяйки, у которых есть перерыв 15–20 минут между отвести-забрать детей». – Галина Юзефович, литературный критик
Зарплату нам никогда не задерживает. Голос ну очень редко повышает. Но есть у нее одна отрицательная черта. Она людям на слово верит, считает, что все правду говорят. Вот ее супруг, Константин Львович, другой. Он сто раз кандидата на должность под лупой проверит. Но у мужа Аллы Николаевны большой бизнес, он нашей гимназией не занимается, хотя и числится во владельцах… А история такова. Деньги на похороны матери мы собрали к концу рабочего дня. Я их Але отдала, домой поехала. И, уж простите за подробность, живот прихватило. Припарковалась у бургерной «Котлета мечты», успела до туалета добежать. Еда у них плохая, а сортиры чистейшие. Сижу, слышу знакомый голос. Сразу узнала Алевтину, она с кем-то по телефону трепалась в соседней кабинке. Точно сейчас не помню, но сказала Аля примерно следующее: «Уже еду, нечего мне названивать… Да, деньги при мне. Сто пятьдесят тысяч».
Елена Петровна поморщилась."
"– Сразу неприятно стало – именно столько мы ей на погребение матери вручили, да еще на билет я ей добавила. Ее собеседник, похоже, потребовал ответа на вопрос, где Аля деньги взяла, потому что она противно захихикала: «Сказала, что мать копыта откинула! Извини, задержалась с возвращением долга, но лучше поздно, чем никогда… Да, уже спешу, скоро буду, верну тебе, жадине, сумму. Дал фигню, сто пятьдесят тысяч всего, а весь мозг съел, звоня и требуя срочно их вернуть!» Потом она воду спустила, руки помыла и убежала. А я на следующий день Алле Николаевне все рассказала, предложила попросить у Воробьевой свидетельство о смерти мамы. Но…
Елена Петровна замолчала.
– Она же не сказала: «Мне собрали сто пятьдесят штук на погребение мамы, отдам их тебе», – начала отбиваться начальница. – Людям надо верить. Мало ли, откуда у нее деньги на выплату долга? Кредит оформила, серебро в скупку сдала…
– Ага! – рассмеялась Елена Петровна. – А как тогда понять фразу «сказала, что мать копыта откинула»?
Послышались шаги, в комнату вошел Леонид. Он увидел Елену Петровну и молча посмотрел на меня. Я глянула на Аллу Николаевну, та сдвинула брови.
– Лена, спасибо. Возвращайся на рабочее место. Наверняка тебя уже кто-нибудь ждет.
Елена Петровна медленно встала и удалилась. Я подождала, пока раздастся хлопок двери, и спросила у Лени:
– Ну?
– Кузя, ты ничего не рассказал? – удивился эксперт.
– Тут сидела посторонняя тетка, – объяснил Кузьмин.
– Пойдемте, сами увидите.
Мы быстро пошагали в соседнее помещение.
– Обратите внимание, – спокойно начал эксперт и сел на корточки. – Паркет здесь далеко не новый. Видите пятна? Их не очень много, они мелкие, но хорошо различимы.
Алла Николаевна молча кивнула.
– Это кровь, – продолжал Леня. – Человеческая.
Владелица исправительного заведения ахнула.

















