Ипотека на Марсе
Ложь неприятна, но порой правда хуже лжи. В детективное агентство «Тюх» обратился Максим Юркин – популярный артист, кумир миллионов. Он хочет найти свою дочь подростка, которую отдали в специнтернат для перевоспитания. Убежать из такого учреждения, где даже мышь не проскочит, невозможно. Но Вере это удалось. Дело осложняется тем, что на кону жизнь ее младшего брата, ведь у Кирилла редкое заболевание. И только пересадка костного мозга сестры может спасти его. Времени мало, а девочка исчезла. Даша Васильева и сыщики агентства срочно разворачивают операцию по поиску девочки. Но чем глубже они погружаются в дело, тем яснее становится: побег Веры – не просто попытка обретения свободы, а тщательно спланированная игра. И ставки в ней – человеческая жизнь.72-я книга из цикла «Любительница частного сыска Даша Васильева».Дарья Донцова – самый популярный и востребованный автор в нашей стране, любимица миллионов читателей. В России продано более 200 миллионов экземпляров ее книг.Ее творчество наполняет сердца и души светом, оптимизмом, радостью, уверенностью в завтрашнем дне!«Донцова невероятная работяга! Я не знаю ни одного другого писателя, который столько работал бы. Я отношусь к ней с уважением, как к образцу писательского трудолюбия. Женщины нуждаются в психологической поддержке и получают ее от Донцовой. Я и сама в свое время прочла несколько романов Донцовой. Ее читают очень разные люди. И очень занятые бизнес-леди, чтобы на время выключить голову, и домохозяйки, у которых есть перерыв 15–20 минут между отвести-забрать детей». – Галина Юзефович, литературный критик
Потом у нас еще один пожар случился – под Новый год замкнуло гирлянду, когда дочка опять дома на короткое время одна осталась. Она выбежала на лестницу, начала колотить в дверь соседей сверху. У нас на этаже были две трешки, которые мы в одну квартиру объединили.
Олеся затряслась.
– Мы с мужем тогда опять были на гастролях. Вера захотела шоколадного деда мороза. Няня пообещала ей такого купить, когда мы вернемся, побоялась ребенка одного оставить. Но дочь истерику закатила, и Соня полетела в магазин. И все по тому же сценарию пошло! Пожар, слезы, вопль! Затем вспыхнула занавеска на кухне, и еще была масса всяких неприятных случаев. Кошка у нас пропала, собака не пойми как из дома убежала…
– Как только уедем, так беда и приходит, – покачал головой Максим. – Один раз Олесе пришлось из Екатеринбурга спешно домой лететь – Соня свалилась с тяжелым отравлением, поев колбаски.
– Ну, – хмыкнула психолог, – некоторые дети большие мастера пугать родителей, устраивать всякое-разное.
Юркин нахмурился.
– Вы… намекаете, что дочь… сама все поджигала?.. Животных наших выгнала, Софье какую-то дрянь в еду подлила?..
– Ну, – осторожно начала Виктория, – тайна беседы с пациентом…
– Хорош выжучиваться! – обозлился Константин Львович. – Говорите прямо, конкретно! Или вы уволены! Ищите в другом месте подработку! Только таких денег, как здесь, вам нигде не заплатят! Девчонка безобразничала?
– Да, – после небольшой паузы ответила Звонарева. – Она хотела внимания. Говорила, что мачеха ее ненавидит, при отце сюсюкает с ней, а когда того нет, бьет ее. Но ведет себя хитро – лупит мокрым полотенцем, так что следов не остается, но очень и очень больно.
– Мачеха? – обомлела Олеся. – Кто такую глупость сказал? Вера – наша с Максимом общая дочь. И я ее пальцем никогда не трогала. Не ругала за «двойки», а нанимала репетиторов."
"– Девочка утверждала обратное, – продолжила психолог, – говорила со слезами на глазах. Я сначала ей поверила, но потом заметила нестыковку в ее словах. Если мачеха садистка, то почему школьница то пожар, то наводнение, то еще что-то устраивает в момент ее отсутствия? Ее мучительница ведь тогда вмиг вернется. Дети, над которыми в самом деле издеваются, хотят, чтобы изверга подольше рядом не было. А тут наоборот.
– В голову никому из нас не пришло, что Вера сама «несчастные случаи» устраивала, – прошипел Юркин. – В семь лет такое начать выделывать! Что это?!
– Разные проблемы у детей бывают, – аккуратно ответила Виктория Павловна. – Поведенческие, психиатрические…
– Да, мы виноваты, – признала Олеся, – уезжали, оставляли ребенка. Но не бросали же одну! Софья Веру обожала, и мы всегда привозили подарки, старались исполнять разумные желания дочери.

















