Искушение для грешника (СИ)

Я могу оценить чувство юмора ба, но может стоило оставить дяде Гере фамилию отца, раз отчество оставили? Хотя, кто б ее еще знал. А Роза Моисеевна не колется. Я, правда, тоже вполне могу развеселить: Эльвира Давидовна Бергман — это не для слабонервных. Мне определенно пошло бы быть учителем музыки, но чаяния ба не оправдались.

— Здравствуйте, вы уже на месте? — отвечает мне приятный девичий голос. — Это вы там из такси вышли, да? Я сейчас.

Я подрагиваю на ветру, жалея, что пришлось вытряхнуться из теплого салона в осеннюю промозглость, и постепенно навьючиваю на себя кофры.

Из стоящего неподалеку монстра автомобильной промышленности выпрыгивает хрупкая девчонка. Издалека кажется, что ей лет пятнадцать, но вблизи все-таки становится понятно, что она постарше. С завистью смотрю на тонкую талию, перетянутую поясом веселого желтого плащика. Сразу видно, балерина. Да и походка не обманет. Не идет, а пишет. Пишет и зачеркивает. Эх."

"— Я — Карина Смолина, руководитель студии, а вы? — от нее пахнет легкими цветочными духами. И вся она какая-то солнечная, и желтый плащ только подчеркивает это.

— Меня зовут Эля, — представляюсь я и замечаю, что нас не двое этим утром возле балетной студии.

Хлопнув дверцей, из броненосца выходит мужчина и, дзинькнув сигнализацией, направляется к нам. Что-то знакомое я вижу в том, как он двигается…

Опачки!

Это Макс. Он смотрит на целого руководителя студии покровительственно и с некоторой теплотой. В голове быстренько крутятся винтики: Каринка, угрозы, курочка на яйцах Макса…

Который, кстати, удивлен не меньше моего.

Он приподнимает брови:

— Так это ты, что ли, Э. Бергман? Племяшка Геры?

— Я, — киваю обреченно. — О чем часто скорблю. И в особенности сегодня утром.

— Вы знакомы? — напряженно спрашивает Карина. Она ревниво оглядывает меня, уделяя внимание верхним девяноста, и собственническим жестом берет Макса за руку, что вызывает у него веселое удивление и немного глупую улыбку. Макс охотно перехватывает ладошку покрепче, но Карина уже оценивает, не несу ли я ей угрозу. Ишь ты, воробей. Нафиг мне не надо еще и этого мужика, успокойся.

— Немного, Карин, это знакомая Олега. Слово Лютаева, — разряжает обстановку Макс, и морщинка между бровей нанимательницы разглаживается. Ффух, мне одной шальной директрисы в послужном списке достаточно.

И тут у меня щелкает. Офигеть!

Это он, что ли, и есть тот самый Макс Лютаев? Смотрю на него во все глаза. Ну у дяди Геры и знакомые! Как мало я о нем знаю.

Кажется, по редакции ходили слухи, что один из самых желанных холостяков наконец решил остепениться, стало быть, Карина — та самая невеста.

Почему-то я ожидала, что такой человек, как Лютаев, выберет себе светскую красавицу. А эта скорее миловидная, хотя губы у нее, конечно, как для рекламы.