Искушение для грешника (СИ)

Раевский посмеивается:

— А если я бутерброд тебе покажу? На что ты готова пойти, чтобы его получить?

— На все. Поэтому не испытывай мое терпение! Либо дай бутерброд, либо поехали уже! Ты делаешь мне нервы!

Отобрав у меня кофе, Олег тоже прикладывается и убирает термос. Печально, но разумно. Может, кого-то и пронесло бы, но я обольюсь гарантированно.

— Ты все сделал, что обещал? — от безделья начинаю наседать на него я.

— Ты всегда по утрам такая активная?

— Нет, сейчас особенный случай. Так как? Ты молодец или поросячий хвостик?

— Я вообще супермен, — хмыкает Раевский. — За такой короткий срок я сумел подобрать ровно то, что тебе нужно. Идеальный вариант. А ты меня даже не похвалишь.

— Я тебя похвалю потом. Обязательно. Когда смогу убедиться своими глазами, что все так и есть. А куда мы едем? — я обращаю внимание, что мы съехали по мосту и теперь бодро удаляемся от города в рассветных лучах, как герои боевика в конце фильма.

— Ты просила определенную натуру. Я ее нашел. Это не очень далеко. Минут двадцать-тридцать езды от города.

— Но там должен быть лес! — требую я.

— Разумеется, там лес. Открою тебе тайну, но вокруг нашего города в принципе лес.

— Ради обычного леса не стоило и заморачиваться, — я откровенно дуюсь. — Можно было и в ботаническом саду все отснять.

— Эля, может, ты поспишь, а? — раздражается Олег, которому явно тоже не в кайф спозаранку тащиться черте куда, скорее всего, для того, чтобы качественно отморозить себе жопу.

— Молчу-молчу.

Высадить он меня, конечно, не высадит. Но бесить мужика за рулем не самое здравое решение, поэтому я умолкаю и смотрю на мелькающие за окном березы. Чтобы меня и дальше поддержать в стойком молчании Раевский включает музыку, и медленная красивая мелодия уносит отогревшуюся меня на своих крыльях в липкую дрему.

Я даже не замечаю, как вырубаюсь. Только что была двести четвертая береза, а вот рука Раевского убирает волосы с моего лица, я открываю глаза и вижу, что мы стоим на не мощенной асфальтом дорожке перед домом посреди леса.

— Ну, что, горе-фотограф? Готова?

— Я-то готова, — зеваю я. — Главное, чтоб ты был готов. Звезда сегодняшней съемки — ты.

Олег морщится, а я злорадствую. Так вот угонять в командировки чужих женихов!

Когда я вчера озвучиваю ему условия искупления вины, Раевский долго торгуется. Предлагает и туфли опупенные, и поездку на море, и спа-салон. Ни в какую он хочет мне позировать, но я твердо стою на своем. И чем дольше Олег изгаляется, предлагая мне разные отступные, тем увереннее я требую фотосессию. Если изначально я просто хочу воплотить свои задумки, рожденные в момент первого столкновения с Олегом, то теперь меня еще и греет мысль о мести. И деваться Раевскому некуда, слово надо держать.