Измена. Я не предавала тебя (СИ)

От меня не укрылся болезненный вид животного, сбитые лапы, кровоточащий бок, проплешины, что оголяли кожу. Что же с ним произошло? Стало жаль его. Я вышла из-под укрытия леса и уже хотела приблизиться.

— Брось бездомного, — прошипел Лорд и заступил мне дорогу. Я шикнула на него. Что за бессовестность? Такой момент единения силы нарушил. Поганец.

— Ты не видишь, что ему помощь нужна? — шепотом произнесла я и подалась вперед. Сделала два медленных шага.

— И что теперь, всех сирых и убогих в дом звать? — Лорд снова заступил дорогу и вздыбил шерсть.

— Тебя же я терплю. — Пришлось ногой отодвинуть кота и тогда уже продолжить медленно подходить к волку. Тот открыл мутные глаза.

— О, мне кажется, это не волк, — прошептала я и, пригнувшись, потянулась к зверю, почти добралась до… оборотня.

— Да неужели поняла! Брось его, говорю. Безумный он.

— Ты тоже не без изъяна. Я же не выгоняю тебя.

— Ты меня слышишь? Понимаешь? — Я заглянула в глаза волка, не обращая внимания на недовольное сопение Лорда. С собой у меня не было ни зелий, ни мазей, и как тащить на себе такую огромную тушу, я тоже не представляла.

— Валить надо. Дурно эта затея пахнет, — полушепотом произнес кот. Я повернулась к Лорду.

— Помоги мне. Нужно его забрать.

— Я против того, чтобы тащить в дом всякую гадость. — Кот попятился, но я успела поймать его за холку и потянуть на себя. Тот упирался всеми лапами и пытался высвободиться.

— Этот дом — мой. И ты — это часть моей волшбы. Так что делать будешь то, что я велю. Понял, — прошипела я не хуже змеи, а потом сконцентрировалась и добавила коту массы, да настолько, что тот стал напоминать тигра. Черного и недовольного.

— В кого ты меня превратила? Я не лошадь ездовая!

—Я встала с колен и посмотрела в наглые глаза Лорда.

— Ложись на брюхо. И если не поторопишься, то останешься без еды и молока. Перейдешь на подножный корм из мышей и питье из луж.

— Фу-у-у. Умеешь же ты вдохновлять на добрые дела.

Кто бы знал, что для Лорда ловля мышей — сущее наказание. Он их боялся. И как говорил, это ему передалось от меня.

Оборотень не сопротивлялся, когда я взваливала его на бок огромного кота. Вообще казалось, что даже когда бедняга открывал глаза, он все равно совершенно ничего не осознавал. У меня же сердце щемило от беспокойства.

— Не вздумай влюбиться в этого плешивого.

— О чем ты? Я бы любому помогла, кому требовалась помощь. — Я аккуратно переступала через упавшие ветки и кочки, придерживала волка за раненый бок, чтобы тот не свалился с широкой спины Лорда. Серое, почти бездыханное тело волка резко контрастировало с угольно-черной шерстью кота-переростка.

— Дожил. Меня уже краюхой хлеба и крынкой молока попрекают. И кто? Ведьма, что должна души во мне не чаять? — ворчал кот, но смиренно нес поклажу.