Измена. Ты не смог ее забыть

А если в итоге выяснится, что этот Гараев и не преступник вовсе? Что никаких махинаций он не проворачивал?

Королёв так уверен в его вине, потому что этот Гараев посмел Лопатину как-то обидеть? Сейчас он от неё всячески отпихивается, а ведь ещё совсем недавно собирался до последнего защищать, мне ли не помнить?

Мне как, стоит просто забыть об этом моменте? Выбросить его из головы? Не брать во внимание?

Что-то внутри скреблось и подсказывало, что Королёв пытался принять желаемое за действительное.

Поэтому когда Гараев мне таки позвонил, я не стала делать скоропалительный выводов. Я решила внести собственную лепту в то, что в итоге могло оказаться благим делом.

— Извини, что несколько дней от меня не было ни слуху, ни духу, — голос в трубке звучал без пяти минут виновато. — Разные дела навалились. Если ты не против продолжить наш разговор по душам, я был бы рад снова увидеться.

Разговор по душам. Это звучало, как идеальное прикрытие для моей примитивной задумки. Но у меня был инструмент, о котором Гараев сейчас не догадывался — информация, которую ссудил мне Королёв.

Информация, которой я не постесняюсь воспользоваться, только бы ощутить, что я тоже имею какой-то вес и какое-то значение в этой жизни.

Я не безвольная кукла, не марионетка, которую дёргают за ниточки все, кому не лень. Если чему и стоило поучиться у Лопатиной, так это тому, что она сама прокладывала себе путь по жизни. Чем это для неё завершится — другой вопрос. Но факт оставался фактом — она сумела с Королёвым нас развести, потому что была уверена в собственных силах и не стеснялась действовать. Ни у кого не спрашивала разрешения.

Ни у кого.

— Взаимно, — ответила я. — Была бы рада продолжить беседу.

Моя готовность явно приободрила моего собеседника.

— Тут недалеко открылся классный фудкорт, — сообщил Гараев, и мне однозначно согрел сердце тот факт, что он не пытался затащить меня в какое-то укромное место.

Королёв зря бил тревогу. Если этот тип лелеял какие-то коварные планы, приводить в действие их прямо здесь и сейчас он не собирался.

— Правда? А я ничего о нём и не слышала

Благо удивление не пришлось симулировать — за всеми драмами личной жизни я мало интересовалась внешним миром и меньше всего — новыми фудкортами."

"— Говорят, отличное место. Можем встретиться завтра. Приглашаю тебя на обед.

Идеально. День, людное место. Что он мне сделает?

— Подходит, — согласилась я, постаравшись, чтобы мой голос звучал без подозрительной спешки. — Тогда… буду ждать.

И внутри всё же кольнуло запоздалое сожаление — пусть я из-за своих личных страданий и не успела настолько проникнуться фантазиями о том, что в мою жизнь вошёл потенциально перспективный поклонник, на душе сделалось тяжко.