Измену не прощают

— То есть, ты защищаешь Стаса? Ты защищаешь человека, который изменил своей невесте? Я правильно поняла?

— Если тебе хочется называть это словом «измена», то это твоё право. Не обижайся, Полин, но ты как была твердолобой, так ею и осталась. Мне больше нечего тебе сказать.

Я аж теряю дар речи. Даже сходу не понимаю от чего именно: от такой резкости в свой адрес или от того, что это произнесла именно Даша. На минуточку, Даша — это божий одуванчик, который, как огня, боится своего папу. Чтобы Даша когда-то вот так грубо кому-то ответила… Да это просто невозможно.

Я так и остаюсь стоять в растерянности, пока спина Даши не скрывается из моего вида. Настроение уходит в отрицательную плоскость, на глаза наворачиваются предательские слезы. Дальше каждая минута тянется мучительно долго.

Сначала я стою в унизительном одиночестве, пока Стас показывает Веронике гоночные автомобили. Потом Войцеховский берет дочку на руки и несёт на выход. Я плетусь сзади. На улице Стас направляется не к своему автомобилю, а снова к Даше. Я не иду за ним. Наблюдаю со стороны, как они звонко смеются. Ну просто лучшие друзья.

К ним присоединяется Витя. Разговор и смех становятся громче. До меня даже долетают обрывки фраз. Звучит что-то про следующую субботу. Стас опять захочет куда-то повезти Веронику?

И тут меня осеняет. Быстро достаю из сумочки телефон и открываю календарь. Точно.

В следующую субботу у Даши день рождения…

— Ну все, до субботы, — Даша приобнимает Стаса и целует его по-дружески в щеку. — И ты приезжай, — гладит по голове Веронику."

"Стас жмёт руку Вите, целует в макушку Алису и, по всей видимости, обещает быть на дне рождения Даши. Вместе с Вероникой. Но без меня. Я ведь не приглашена.

Даша залезает в машину мужа, даже не посмотрев на меня напоследок. В горле завязывается тугой ком обиды. На автомате семеню к автомобилю Стаса и сажусь назад рядом с детским креслом Вероники. Дочка радостно щебечет всю дорогу. У нее горят глаза, она воодушевлена. Только что папа исполнил ее мечту: показал настоящие красивые машины.

Стас поднимается в квартиру и закрывается с Вероникой в ее комнате до самого ужина. Я сижу в одиночестве на кухне и думаю, как так вышло, что моя лучшая подруга теперь дружит не со мной, а с моим бывшим. В голове крутятся слова Даши: «Прежде, чем делать поспешные выводы, лучше бы разобралась в ситуации».

Но в чем тут разбираться? В том, что бедный-несчастный Стас очень не хотел мне изменять, но бес попутал? Он ведь сам мне сказал: был в сознании, понимал, что изменяет. Сам признался. В чем тут еще разбираться? В том, что мне кто-то специально прислал смс и оставил открытой дверь в номер? Мне это неинтересно, если Стас осознавал, что изменяет.

Войцеховский ожидаемо остается на ужин.