Изнанка модной жизни

Я попросила принести нам чай, и отпустила девушку, что помогала мне с разработкой выкройки, и как только чай наполнил кабинет запахом смородиновых листьев, я закрыла дверь и села перед мужчинами.

- Мадемуазель, мы решили сделать вот что, - начал Пьер сразу. – Патрик нанял пятерых знакомых ему солдат. Они по очереди будут следить за домом мадам Бернардет и за ней лично. Вся их почта будет проверятся.

- Ничего себе! А это законно? – удивленно спросила я.

- Нет, но они ни за что не узнают кто это делает, и кто их нанял. Это очень верные люди, и ни за что не откроются.

- Им же нужно заплатить, Патрик.

- Это я беру на себя – они должны мне, а я должен вам. Ваше доверие и честное имя мне важны больше денег и связей. Мы выведем их на чистую воду, - полушепотом ответил мне Патрик.

- Чем нам поможет слежка? – продолжила я задавать вопросы."

"- Мы будем наперед знать их планы. А в общем, напугать их, заставить держать язык за зубами – не так уж и сложно, но сначала надо оценить насколько они умны, - ответил подкованный в этих вопросах мой начальник охраны. Эх, не зря я выбрала его – просто то, что доктор прописал.

- Спасибо вам, только прошу, держите меня в курсе дел, потому что может пострадать, не только моя репутация, но и репутация людей, что доверились мне, помогали мне и…

- Мы все это понимаем, мадемуазель, не переживайте. Эти люди – ваша сестра и её муж – птицы не столь высокого полета, как им кажется, и найти на них управу не составит труда, перебил меня Патрик, давая понять, что в этой теме его людям нет равных. И мне это очень нравилось, ведь профессионализм – редкая штука, тем более в этом времени.

- И Патрик теперь лично будет провожать вас о дома, а на улице будет оставаться наш человек. Пока мы не поймем, что у них в головах, это необходимо, - продолжил Пьер.

- Хорошо, я согласна, у меня нет сил спорить с вами, но прошу вас, информируйте меня о ваших планах, и… не делайте ничего плохого моей сестре, хоть она и не самый добрый человек, она моя сестра. Я мечтаю уладить это мирно.

- Обязательно, так и будет, - ответил Патрик и подал мне руку – он теперь будет ездить о дома со мной, а там, возле ворот он оставит своего человека, ведь у меня еще нет полного набора слуг – только личная служанка, повариха и пожилой мажордом, которого я взяла больше из-за его знаний в ведении хозяйства и из жалости – никто не хотел брать его к себе по причине дряхлости.

Дома меня ждала ванна, полная горячей воды, чистая постель и заботливые руки Мишель, помогавшей раздеться и помыть голову.

Ужинать было уже поздно, и я решила отказаться от него.

Лицо Бернардет стояло перед глазами. Эта человеческая сущность, скорее всего, неисправима или даже неизлечима.