Изнанка модной жизни

Спасибо, хоть прямо не посмеялся над моими страхами - а так, вроде как даже и не обидно.

- Мадлен. Твои переживания понятны. Для всех нас этот момент будет волнительным - иначе и быть не может. Однако, уверяю, мои родные - чудесные люди и обязательно полюбят тебя, надеюсь, как и ты их. К тому же... - он сделал многозначительную паузу, - я позаботился о том, чтобы для них твоё появление не оказалось такой уж неожиданностью.

- ? - одними глазами спросила я.

- Я написал письмо домой. А как ездят наши ямщики - ты уже видела. - снова рассмеялся он, - Моё послание очень скоро будет доставлено. Матушка обязательно позаботится о том, чтобы приём оказался тёплым.

61

В то прекрасное утро я проснулась позже обычного - заболтались с Софи далеко заполночь. Я предвкушала завтрашнее пересечение границы с Россией, меня преследовало ощущение, что мы окажемся сразу в моём времени.

Честно говоря, не смотря на то, что я уже несколько лет назад переместилась волшебным образом в другое тело и в другой мир, всё-таки это была Франция. В том смысле, что не было какого-то большого потрясения, кроме первого шока, когда я металась по комнате на глазах тётушки и Бернардет.

Но это было другое! И привыкнуть было легче, потому что изменилось всё вокруг.

А тут - Россия… Я раньше неплохо знала историю, наверное как и все, кто по роду своей деятельности имел отношение к культуре. Но теперь мне казалось, что это как будто новое перемещение, я чувствовала одновременно панику, предвкушение и страх."

"Екатерининские времена...Это была новая культурная эпоха не только для меня сейчас, но и для России. Новая русская национальная литература, русская национальная школа живописи, архитектуры, музыки…А для меня - история моей страны.

Вчера я долго не могла заснуть - тревожилась, как пройдёт контроль на таможенной границе. А вдруг пойдёт что-то не так?

В общем, когда я проснулась, было уже позднее утро. Рывком поднявшись с постели, я глянула в окно и тут же поняла - мы дома. Это даже невозможно было объяснить. Пейзаж почти не изменился, правда вдалеке темнело пятнышко с различимыми тёмными очертаниями приземистых крыш на фоне жемчужно-серого неба. Над крышами курился дымок. Деревенька была далеко, её описание в деталях мне подсказывало, скорее, воображение, чем глаза. Которые, к тому же, наполнены были сейчас слезами.

Я повернулась к Софи. Та читала что-то, шевеля губами и наморщив лоб.

- Софи, - мы приехали? - дрогнувшим голосом спросила я.

Та рассмеялась и закрыла книгу.

- Ну еще не совсем, мадмуазель, но границу миновали - да, мы в России!

Я вскрикнула и прыгнула ей на шею, забыв о своей больной ноге и приличиях.

Впрочем, Софи радовалась не меньше меня.