Изнанка модной жизни

Ты уже сказал матушке, что мы решили венчаться в Петербурге?

Тут он помрачнел и взгляд его стал почти несчастным.

- Мадлен, это наше общее решение, нас подгоняют дела, и это самое разумное, что можно сделать. Но как объяснить это матушке, я не представляю. Если венчаться здесь и сейчас, всё будет сделано наспех, а ведь ты заслуживаешь самой прекрасной свадьбы.

Я не успела ему ответить - оказывается, стали собираться гости, чего мы за разговором не заметили.

Графиню Рощинскую с дочерью я узнала сразу. Елена Ивановна бросила на меня холодноватый изучающий взгляд, а Михаила поприветствовала со всей сердечностью.

- Мишенька! Дорогой! Наконец-то ты дома, с нами! Мы так тебя ждали! - она расцеловала его в щеки и подтолкнула к нему свою дочь. - Настя, поздоровайся с Мишей, поцелуйтесь, что вы как не родные!

Михаил коснулся губами щеки Насти и когда они повернулись, выразительно посмотрел на меня, мол, вот о чем я говорил.

Впрочем, Анастасия поздоровалась со мной вполне приветливо.

- Рады познакомиться, мадемуазель Вивьер! Говорят, ваше имя очень известно в области французской моды. Мы здесь в провинции не очень искушены, вы ведь расскажете нам что-нибудь интересное? Буду очень рада познакомиться с вами поближе. - и она мило улыбнулась.

Адмирал Спиридов при знакомстве устроил мне настоящий допрос с пристрастием. Его интересовало моё отношение к французскому и российскому правлению. Я с трудом убедила его, что всё моё отношение сводится к тому, чтобы наши императрицы выглядели красиво и в духе времени. Тогда он облегченно махнул рукой, дескать, обычная баба. Но всё-таки с некоторой симпатией поцеловал мне руку. Кажется, я ему понравилась.

За обедом всё было очень мило, не считая того, что графиня Рощинская несколько раз попыталась задать те самые “неудобные” вопросы, мол, почему же такая спешка с помолвкой. При этом она выразительно делала понимающие глаза и прикрывалась словно от смущения веером.

- Маменька! - сердито шептала ей Анастасия, обрывая её каждый раз, при этом ободряюще мне улыбалась. Я почувствовала настоящую симпатию к девушке, чувствуя, что соперницами мы не являемся и, кажется, подружимся.

Звучали тосты, поздравления, пожелания. И, наконец, кем-то был задан сакраментальный вопрос: “А когда же свадьба?”

Михаил поднялся, немного волнуясь. Поднял бокал, посмотрел на меня, затем обвёл глазами всех присутствующих.

- Позвольте поблагодарить вас всех, что пришли поздравить нас с мадемуазель Вивьер. Мы очень рады видеть вас на нашей помолвке. А свадьба...Дело в том, что подготовка требует времени, а в Петербурге нас ждут дела…- он запнулся. Я поняла, что ему очень больно расстраивать мать. Конечно, она хотела, чтобы сын женился здесь, в родном имении.