Караг и волчье испытание

Так что если захочешь проверить почту…

– Пока не нужно, спасибо, – сказал я и обратился к Тикаани: – Вы всё лето живёте в палатках?

Тикаани кивнула:

– С наступлением зимы мы строим вместо палаток иглу, там нам и в человеческом облике уютно, и супчик сварить можно. Но большую часть времени мы проводим в обличье волков: преодолеваем большие расстояния и наслаждаемся сильным ветром и снегом.

– Здесь же бывает по-настоящему холодно?

Тикаани рассмеялась:

– Если для тебя минус пятьдесят градусов – это «по-настоящему холодно», то да.

– Ничего себе! – ответил я, ужаснувшись, хотя сейчас по человеческим меркам было примерно десять градусов тепла, и многие жители деревни гуляли лишь в одной футболке или вовсе без неё. Повсюду играли весёлые ребятишки, которые время от времени вдруг превращались в волчат и обратно, не утруждая себя переодеванием. В паре метров от меня семья – отец, мать и трое детей – превратилась в волков прямо у меня на глазах, запихнули лапой футболки и штаны в палатку и убежали гулять на просторе. С другой стороны в деревню прибежал волк, превратился в мужчину, прошёл голышом по селению и, наклонившись, вошёл в свою палатку. Услышав пение, я повернул голову. Женщина плела на специальном станке шнуры и негромко напевала: её пение было чем-то средним между человеческой песнью и волчьим воем.

– Здорово, что вам не нужно скрывать, кто вы на самом деле, – сказал я, немного завидуя этим арктическим волкам, и Тикаани кивнула.

Я обратил внимание на мускулистого мужчину, который тренировался метать копьё в цель. Он был на полголовы выше всех остальных жителей деревни, и волосы у него были светло-русые, а не чёрные.

– Этот человек не похож на остальных, – сказал я Тикаани.

– Да, его зовут Люк, он приехал из большого города, – ответила она. – Мы здесь не так открыты миру, как наша школа «Кристалл», но если оборотень в своём зверином обличье белый волк, он может остаться жить у нас.

Я взглянул на свою подругу сбоку и наконец-то решился спросить, почему она так странно говорила о нашей школе и наших друзьях. Но как назло именно в эту секунду её позвал отец:

– Тикаани! Ты нам нужна.

И моя подружка, сказав «пока», убежала.

Я побродил ещё немного вблизи палатки и вдруг увидел, что в луже лежат вышитые сапоги. Постойте-ка, ведь это же мои! Те, что сшил для меня брат Тикаани! Ну, отлично! Теперь они грязные и мокрые. Но кто это сделал?!

Долго гадать не пришлось. Вытащив сапоги из грязи и подняв глаза, я увидел перед собой кузена Тикаани Амаруука. Он враждебно смотрел на меня.

– Оборотню-кошке у нас делать нечего, – сказал он. – К тому же тип вроде тебя не может быть другом моей кузины, ты ей совершенно не подходишь.