Хищник

Теперь уже втроём.

– О том, что я собираюсь тебе рассказать, не знает никто. Пожалуйста, не перебивай. Очень трудно собраться с мыслями и вывернуть душу наизнанку. Но я люблю тебя больше всех и хочу, чтобы между нами не осталось никаких тайн.

– Я тебя слушаю, – прошептала, ощущая разливающийся по телу озноб, даже не отдавая себе отчета, что уже минуту нервно покусываю подушечку указательного пальца.

– Как ты знаешь, мать написала отказ от меня сразу после родов, и до пяти лет я мотался по интернатам и детским домам. Потом меня усыновила очень приличная семья. Образцово-показательная анкета, прекрасные манеры, средний достаток. У них не получалось завести собственного ребенка более десяти лет, и вот, когда я прожил в новом доме около двух месяц, приемная мама узнала, что беременна…

Демиан замолчал, потирая виски, стараясь собраться с мыслями. Затем он закрыл глаза, склонил голову на бок и, сделав судорожный вдох, продолжил:

– Через несколько дней после счастливого известия приемный папаша напился и избил меня до полусмерти. Как ты помнишь, я вернулся в интернат только спустя два месяца, когда зажили ребра и срослись кости. Тогда мы с тобой и познакомились. А ещё с того момента, с пяти лет, я обдумывал план мести. Маленький немой мальчишка, который время от времени ходил в штаны, вздрагивая от каждого резкого звука, день за днём просыпался и засыпал с мыслью о мести. Жажда отмщения этой семье стала моей идеей фикс. Многие люди не подозревают, с какой силой можно ненавидеть, а я знал…

– Демиан, и как же ты отомстил? – тихо спросила, не решаясь встретиться с ним взглядом, инстинктивно накрывая ладонью свой ещё плоский живот, словно стараясь заслонить нашего крошечного малыша от неприглядной правды.

POV. Демиан

Мия сидела напротив меня, понуро опустив плечи, и покусывала указательный палец. Она с детства так делала, когда волновалась. По спине скатилась капелька пота, а легкие обожгло огнём. Нужно было собраться с силами и продолжить своё повествование.

– Когда я попал в семью с неограниченными возможностями и, наконец, полностью восстановился после избиения, пообещал себе, что заставлю этих людей страдать. Но правильно говорят: судьба – дама с непредсказуемым характером, и даже тут мне не повезло. Спустя несколько лет я узнал, что, проведя два года на принудительном лечении в психологической клинике, моего первого приемного отца выпустили, и через неделю после этого он умер от инфаркта. Судьба решила отомстить за меня. Моя первая приемная мать осталась с маленьким желанным ребенком на руках. Казалось бы, я должен был успокоиться, ведь человек, учинивший избиение, отправился на тот свет, но я так и не смог.

– И что же ты сделал? – спросила Мия хрипло.

– Все эти годы я следил за этой семьей.