Королева без башни

Писательница придумала частную тюрьму, куда родственники запихивали членов семьи, которые совершили преступления. Они не хотели, чтобы их дети очутились на настоящей зоне, но и на свободе не могли их оставить [21]. Не зря же говорят: «Любой вымысел всегда становится реальностью». Вероятно, старик Груздев в действительности имел нечто подобное. А потом что-то случилось, и он стал сдавать особняк для разных мероприятий.

– Маленькая деталь, – протянул Макс. – Антона, как ты уверяешь, похитили, когда ему было три-четыре года. Что за преступление он совершил? Разбил вазу? Стащил со стола конфеты? Возвращайся на базу, лучше поговорим не по телефону.

– Только прихвачу для Нинели лекарства в аптеке и доставлю ее домой, – ответила я.

Взяв у провизора пакетик с лекарствами, я спросила:

– У вас есть ноофазол?

– В наличии, – кивнул мужчина в халате, – давайте рецепт, этот препарат отпускается исключительно по рецепту врача.

– Абсолютно верно, ведь его прописывают людям с серьезными психическими проблемами, – решила я завязать беседу.

Провизор не пошел на контакт.

– Не имею полномочий обсуждать действие препаратов этой группы.

Есть рецепт, отпущу. Нет? Извините!

– Моя сестра ноофазол принимала много лет, – солгала я. – Интересно, сколько сейчас стоят пилюли? В давние времена он казался мне недешевым.

– В давние времена ноофазола не существовало, – ответил аптекарь.

Я удивилась.

– Не может быть. Вы ничего не путаете?

– Конечно, нет, – снисходительно заявил продавец, – это средство нового поколения, на российском рынке появилось недавно. Вот в чем вы не ошиблись, так это в цене. Таблетки очень дорогие.

– Не может быть, – растерялась я, – у меня есть история болезни, в которой черным по белому написан диагноз: биполярное расстройство.

И указано, что в юности сестра принимала ноофазол.

– Чушь, – скривился провизор, – препарат американского производства, штатники его в широкую продажу то ли два, то ли три года назад выпустили.

– Но врачебный документ говорит об ином, – настаивала я.

Провизор усмехнулся:

– На компьютере что угодно сделать можно!

– В столе лежала история болезни – бумажная тетрадочка, – воскликнула я. – Знаете, такая пухлая, с картонной обложкой, корешок проклеен липкой темно-синей лентой.

Сзади приделан конверт, куда складывают бланки анализов. Врач на страницах ставит дату и записывает результат осмотра. Тетрадка старая, заляпанная, бумажки пожелтели. Такие во всех районных поликлиниках в регистратурах имеются.

Провизор сдвинул брови и повторил:

– На компьютере все сделать можно! Любой документ! И листочки пожелтеют, и анализы найдутся, мастеров куча. Зайдите в Интернет, поройтесь на сайтах, еще не то найдете.