Королева без башни
Многие ли прекрасные дамы станут работать под чутким руководством родной свекрови?! А вот мне, Евлампии Романовой, довелось испытать такое «счастье». Из Америки внезапно прикатила маман моего мужа Макса – бизнес-леди с хваткой голодного крокодила, весьма неплохо устроившаяся в Штатах. На родине Капитолина открыла бутик модной одежды, а чтобы обеспечить успех, решила провести конкурс красоты, на котором я согласилась поработать директором. Дела сразу не задались: участниц и персонал поселили в особняке с безумной планировкой и весьма странными хозяевами. А потом мы недосчитались конкурсанток: одна сбежала, другую нашли на чердаке мертвой… Я, как примерная невестка, обязана спасти конкурс и выяснить, что случилось с красавицами!
Не стану пересказывать весь процесс, скажу лишь, что Тамара отделалась малым сроком, который отсидела, ожидая суда, и была освобождена прямо в зале."
"Зяме, Рите и Свете повезло меньше. Несмотря на то, что и следователи, и пресса, и даже прокуроры пришли в ужас, узнав о страданиях, которые пришлось пережить воспитанникам Груздева, они выросли, задумали и осуществили убийство, поэтому были отправлены на зону. Впрочем, наказание троица отбывает в условиях максимально комфортных для российской пенитенциарной системы. Зяма руководит самодеятельным театром в колонии, Рита занимается тем же на женской зоне, а Светлана заведует в лагере библиотекой и пишет книгу о том, что случилось.
Катерина осталась на свободе, и насколько знаю, собралась выйти замуж. Наташа находится на лечении в психиатрической клинике. Мне хочется думать, что у нее есть шанс выйти оттуда здоровой.
Но все это станет известно позднее. После финала конкурса мы с Максом не пошли на банкет, затеянный Капитолиной, заглянули в небольшое кафе, заказали пиццу и некоторое время ели молча.
– Как ты думаешь, почему Груздев перестал брать детей «на воспитание»? Судя по большому количеству одежды на чердаке, он давно основал интернат. И сколько их было?
Макс отрезал от лепешки с сыром аккуратный кусок.
– Имен всех несчастных, прошедших через этот дом, мы никогда не узнаем, равно как и фамилии тех, кому он продавал детей. Зяме, Рите, Кате, Антону, Свете и Нате в некотором роде повезло. Они остались в Москве, не поехали ни в Среднюю Азию, ни в горы.
– Да уж, везение, – вздохнула я.
– Если знать перспективу, то да, – продолжил Макс. – Даже нечеловеческие условия у старика были лучше, чем жизнь на плантациях хлопка. А почему он перестал заниматься работорговлей? Через день после побега воспитанников в непосредственной близости от коттеджа началось строительство крупного торгового центра. Здание уже не находилось в уединенном месте, появилось огромное количество людей, техники, стало шумно, вырубили лес. Груздев элементарно испугался, вдруг кто-нибудь что-нибудь увидит, и прикрыл лавочку. Да и время изменилось.
Я ковырнула вилкой пиццу.

















