Красавица и миллиардер

Что был толчок, что нас крутануло и вынесло к обочине.

– Ты как? – доносится охрипший голос Максима. – Арина?

Его крепкая ладонь касается моего плеча. Аккуратно, словно он боится добавить мне увечий своими пальцами.

– Не знаю. – Я медленно разгибаюсь, прижимаясь к спинке кресла, и пытаюсь осознать собственное состояние.

Болит скула и нижняя губа.

Но вроде бы не критично.

Только непонятно, станет мне через секунду хуже или лучше?

– Подушки не сработали, – бросает Максим, нагибаясь ко мне.

Он проверяет меня, а я замечаю, что он обо что-то разбил руку в кровь. Как раз ту, которой пытался удержать меня.

Дурак!

Перед ударом надо группироваться, а не раскидывать конечности в разные стороны!

Тем более такие длинные, как у него!

– Ты посиди пока. Не вставай, – его голос напитывается непреклонными интонациями. – Я гляну, что там.

Он толкает дверцу, а я слышу, как сзади приходят грубые мужские выкрики.

* * *

– Ты офигел! Ослеп, урод?! Или ты в глаза долбишься вместо того, чтобы в зеркала смотреть?! – ругань льется потоком, то и дело сбиваясь на матные словечки."

"Я заглядываю в зеркало заднего вида и вижу коренастого мужчину в черной атласной рубашке. Он угрожающим шагом направляется к водительской дверце. Еще он экспрессивно машет руками.

Прелестно.

Сам виноват, а кричит как потерпевший.

Я перевожу взгляд дальше: там стоит его машина. Огромный темный внедорожник, который чудом не убил нас. У него как раз сработали подушки безопасности, потому что мужик выглядит свежим и до завидного здоровым.

Это мы с Максимом попали в аварию, а он в легкое недоразумение.

– Эй! – Максим перехватывает его гнев, обходя мой седан спереди. – Не ори, там девушка.

– Так научи свою бабу на дорогу смотреть! Или вы оба имбецилы?!

Он бьет кулаком по моей дверце.

Мне становится страшно. Он выглядит как неадекват, у которого может храниться оружие в салоне. Он распален, и бюджетный вид моей машины лишь сильнее заводит его.

Развязывает руки.

Еще бы.

Он поцарапал нос своего танка об какую-то букашку, которой сто лет в обед!

– Я тебя сейчас научу затыкаться, – ровным голосом отвечает ему Максим.

И от его спокойствия почему-то становится страшнее, чем от распаленных эмоций незнакомца. Есть в его словах пугающая мужская непоколебимость. Когда понимаешь, что если мужчина пообещал ударить, то выполнит это со знанием дела.

– Ты там головой стукнулся? – усмехается мужик. – Смелость вдруг прорезалась?

– Отойди от ее двери. Я последний раз прошу.

– Да я сейчас каким надо людям позвоню, ты тут ляжешь.

– Понятно. – Максим брезгливо косится на него, после чего смотрит на меня через лобовое стекло.

Он успокаивающе кивает мне, и мне действительно становится легче.

Я почему-то верю, что у него все под контролем.