Неверный

Дом это его тыл, я все для этого делаю.

— Не берет? — сочувственно смотрит на меня Лиза. Отрицательно качаю головой. — Слушай, может он загулял?

Я на этот бред даже отвечать не хочу. Лучше сделаю себе чай, мне сказали больше пить, выводить токсины.

Беру чашку, иду в санузел и прикрываю за собой дверь. Долго мою чашку под краном, а когда закрываю воду, слышу стук открывающейся двери.

— Котик, ты приехал! — визгливо вскрикивает Лиза.

— Поехали, скорее, у меня мало времени. Это твои вещи? — отвечает ей низкий голос с хриплыми нотками, и я хватаюсь за раковину.

Нет. Мне показалось.

Этого не может быть.

Я сошла с ума. Да, точно. Или мне ввели наркоз, и я сплю.

Щипаю себя за кисть. Больно. Значит, я не сплю?

Толкаю дверь и впиваюсь глазами в медленно открывающийся проем. Пальцы судорожно сжимают чашку, сердце гулко стучит в груди, больно ударяясь о грудную клетку.

Мужчина стоит ко мне спиной, но я сразу узнаю широкие, обтянутые костюмной тканью, плечи. Еще сегодня утром я спала, обнимая эти плечи руками, а крупные ладони, которые сейчас держат пакеты, обнимали меня, гладили мои волосы, спину…

Может, это все-таки сон?

Мужчина, стоящий спиной, поворачивает голову. Его глаза вспыхивают, он медленно выпрямляется.

— Рустам? — не шепчу. Стону.

Чашка со звоном падает на пол и раскалывается на несколько крупных осколков. Почему я это вижу, если неотрывно смотрю в глаза, которые так же, не отрываясь, смотрят на меня?

Знакомые. Любимые. Я в них каждую ресницу перецеловала.

А теперь такие далекие.

— Соня? — Рустам делает шаг навстречу, и я в ужасе отшатываюсь.

— Нет… не подходи… — шепчу беззвучно одними губами и выставляю перед собой руку.

— Что ты здесь делаешь?

— Откуда ты ее знаешь, котик? — дергает его за рукав Лиза, и он раздраженно отталкивает ее руку.

— Отстань, — и снова на меня. — Как ты здесь оказалась?

— Ее скорая привезла, как и меня, — отвечает за меня Лиза, — она тоже беременная. Сюда только беременных привозят.

— Ты?.. — Рустам испепеляет меня взглядом, а я опускаю глаза вниз и смотрю на подол моей одноразовой больничной рубашки.

Мы с ним вместе на него смотрим, потому что по нему расплывается большое красное пятно.

И я теряю сознание.

***— Ну, давай, приходи в себя, деточка, — слышу негромкий голос и пробую открыть глаза.

Ничего не получается, веки будто склеены суперклеем.

— Где… я… — шепчу как мне кажется изо всех сил, но сама себя не слышу.

— Ты в больнице. Вспоминай. Тебя привезли с угрозой выкидыша, и мы с тобой договорились спасать твою ляльку. А ты мне тут в обмороки падаешь, — отчитывает меня все тот же голос, но получается совсем необидно.

Делаю еще одну попытку, и веки разлипаются. Я и правда в той же палате, возле меня сидит женщина в костюме медика и держит меня за руку.