Неверный

Лиза даже дыхание затаила.

— А вы себя нормально чувствуете?

— Да, спасибо. Я еще минут пять погуляю.

— Хорошо. Если что, зовите, — медсестричка улыбнулась в ответ и направилась в кабинет. Только бы она там осталась, только бы…

Сердце в груди забухало так, что Лиза испугалась, как бы весь роддом не переполошить. Но малыш на согнутом локте спокойно спал, значит ей это только кажется.

Даже если она умрет от страха, она должна это сделать.

Подошла к двери и нажала на ручку, та послушно открылась. Прислушалась — тихо.

Вошла внутрь, осторожно положила малыша в кроватку. Проверила карман, еще на секунду замешкалась, а затем решительно потянулась к крошечной ручке с виниловым голубым браслетом.

Соня«Мои»

Больше ничего. Всего одно слово. Мне очень нравится, я бы тоже так подписала, просто и ясно. Не «Муж и сын», а «Мои»…

Только мне нечего будет подписывать, в инсте сижу с левого профиля, а свой аккаунт я давно удалила.

Разглядываю снимок, изо всех сил стараясь побороть зависть. На снимке девушка полулежит в больничной кровати, прижимая к груди крошечного малыша, а над ней склонился мужчина с шикарным букетом цветов.

Его выражение лица мне слишком хорошо знакомо. Это плохо скрытое волнение напополам с всепоглощающей любовью. Такое лицо у своего мужа я видела буквально несколько раз за всю нашу совместную жизнь.

Этот мужчина слишком похож на моего мужа, чтобы я могла смотреть на фото без дрожи. Руслан и Диана, значит, Ди уже родила. Это ее профиль, ее муж и ее сын.

А у меня будет девочка, недавнее УЗИ показало, это уже точно. Я не удержалась, сделала фото заключения, где обозначен пол, и отправила Демиду. Добавила от себя «Я же говорила».

Почти сразу же пожалела. Зачем ему знать, кто у меня родится? Но мне так хотелось с кем-то поделиться. Маме я больше не звоню после истерики, которую она мне закатила из-за развода с Айдаровым. С Айдаровыми тем более не поддерживаю никакой связи.

Демид единственный из людей, который имеет к моей дочери какое-то отношение, он ее родной дядя. Но как только нажала отправить, опомнилась.

Разве ему интересно? Еще подумает, что я навязываюсь. Захотела удалить, не успела, галочки окрасились в темный почти сразу же. На ответ и не надеялась, но он пришел практически сразу.

«Надеюсь она будет похожа на тебя».

Вряд ли от Ольшанского можно ожидать чего-то большего. Я ему и так обязана всем — юристы Демида развели нас с Рустамом, он устроил меня на работу и снял жилье. Просто привез в большую просторную квартиру, выдал ключи и номера телефонов.

— Здесь будешь жить, а здесь будешь работать. День на обустройство, а послезавтра тебя уже ждут в офисе.

— Я буду работать у тебя?

Ольшанский пренебрежительно хмыкнул.

— Я не беру на работу родственников.