Неверный
— Мой любимый скоро разведется со своей курицей, — говорит моя беременная соседка по палате. Я выхожу помыть чашку и слышу стук открывающейся двери. — Котик, ты приехал! — визгливо вскрикивает Лиза. — Поехали, скорее, у меня мало времени. Это твои вещи? — отвечает ей низкий голос с хриплыми нотками, и я хватаюсь за раковину. — Рустам? — не шепчу. Стону. Чашка со звоном падает на пол и раскалывается на несколько крупных осколков. — Соня? — мой муж делает шаг навстречу. — Ты?.. Рустам испепеляет меня взглядом, мы вместе смотрим на подол моей одноразовой больничной рубашки. Потому что по нему расплывается большое красное пятно. И я теряю сознание.
— В качестве личного секретаря, — повторяет Айдаров с невозмутимым лицом. — Мы с Глебом Дмитриевичем договорились о расширении сотрудничества, я на время перебираюсь в ваш город.
— Я сказала Глебу Дмитриевичу и озвучу еще для вас, Рустам Усманович, что у меня нет навыков делопроизводства, — говорю ровным голосом, глядя в глаза Айдарову. Но говорю для Славиной, она должна знать, что я об этом назначении не мечтала и не напрашивалась. — Так что в качестве секретаря я не лучшая кандидатура.
— В делопроизводстве нет ничего сложного, — отвечает Рустам, — я сам вас обучу.
Аплодирую Славиной, она держится отлично. Я бы так не смогла. Из всех эмоций, отражающихся на ее лице — только доброжелательное недоумение. Остальное бушует внутри, а бушует там нехило.
— Значит, вы крадете у меня сотрудника, Рустам Усманович, и даже не считаете нужным об этом спросить? — Олеся как будто шутит, но я слишком хорошо ее изучила.
— Я согласовал вопрос с генеральным, — Айдаров без лишних церемоний размазывает Славину, — не думаю, что должен спрашивать разрешения в каждой инстанции.
Он красиво затыкает ей рот и дает понять, что не она здесь диктует условия. У меня аппетита не было, теперь он пропадает окончательно.
И Каменецкий, и Айдаров, и Славина преследуют свои цели. Глебу Дмитриевичу важно не упустить выгодный контракт, Олеся нацелилась заарканить Айдарова, Рустам… Вот в его целях я теряюсь, но однозначно дело здесь не в производственной выгоде.
Но что во всей этой истории теперь делать мне?
Еле досиживаю до конца обеда. Олеся сохраняет видимое спокойствие, однако я понимаю, что как только мы переступим порог кабинета и останемся вдвоем, грянет буря.
— Где в вашем городе можно найти красивые места для ужина в приятной компании? — спрашивает Айдаров Олесю. — Может, за городом?
— Достаточно много, — она заметно расслабляется. — Когда город стоит на реке, красивые локации не проблема. У вас сегодня важный ужин, Рустам Усманович?
— Да, хотел пригласить двух очаровательных девушек поужинать в непринужденной обстановке, — отвечает он.
Это уже слишком.
— Прошу прощения, Рустам Усманович, как раз для неформального общения мои вечера заняты. У меня есть семья, я не могу позволить себе каждый вечер ходить по ресторанам, — сжимаю пальцами салфетку и выдерживаю внимательный, но заметно потяжелевший взгляд Айдарова.

















