Медвежатник

Как же вы здесь-то оказались?

— А ты думаешь, генералы только в номера ходят? — добродушно поинтересовался Григорий Васильевич. — Меня, братец, тоже к народу тянет. А потом я чистоту очень люблю.

— Что же вы, господин Аристов, не предупредили нас! Мы бы вас встретили так, как подобает вашему чину. А потом у нас ведь еще и отдельные номера имеются.

— Ну что ты, что ты, голубчик! — отмахнулся обеими руками Григорий Васильевич. — Не стоит труда. Мне бы свои штаны отыскать. — Генерал заглянул в распахнутый шкафчик и добавил: — Да вот еще ботинки не помешало бы. Они хоть и не особенно новые, но ведь я к ним привык. А то придется покупать другие, а ведь это определенные денежные издержки. А сами понимаете, я человек государственный и лишних денег у меня просто не бывает.

— Если позволите, — сунул руку в карман банщик.

Григорий Васильевич сделал обиженное лицо:

— Ну что ты! Как ты только мог подумать такое. Я к тому, что новые ботиночки мне натрут мозоли. А в этом случае мне бегать будет трудновато. А в нашем сыскном деле прыть просто необходима. Ноги не только волка кормят, нам, сыщикам, без них тоже не обойтись… А потом я ведь в вашу баньку заявился еще по одному делу, работа, знаешь ли.

— Как так?! — ахнул с перепугу банщик.

— Сигнальчики неприятные получал. Вот решил сам все проверить.

Банщик хлопал глазами, согнувшись при этом еще ниже.

— Может, хозяина привести?

— Знаешь, милейший, — согласился Аристов воркующим голосом, — а ведь это идея!

— Сей момент! — Банщик распахнул соседнюю дверь и уже через минуту вернулся с Еникеем Охабенем.

Лицо хозяина приобрело заискивающее выражение, на котором крупными буквами было написано, что генерал с сегодняшнего дня посещать баню может бесплатно.

— Чем могу служить? — любезно поинтересовался Еникей. Глаза его смотрели виновато, он стал напоминать пса, который по недоразумению цапнул собственного хозяина.

— Смею доложить, вы, батенька, вор! — проговорил Григорий Васильевич, не отрывая взгляда от темно-коричневых крысячьих глаз хозяина.

— Помилуйте!

Присутствующие с интересом наблюдали за Еникеем. Даже привязанный воришка перестал постанывать и с любопытством подглядывал из-под темных косматых бровей за странным незнакомцем.

И уже тише, стараясь не привлекать к себе общего внимания, добавил:

— Бога ради, откуда такие обвинения. Ведь клиентура же…

— Вам бы, батенька, следовало раньше о репутации думать, — укорил Аристов и рукой поманил к себе молодого узкоплечего мужчину лет сорока.

По всему было видно, что тот явился из парной. Лицо красное, словно у нарумяненной девицы, в глазах услужливость, какую можно встретить только у адъютантов, безмерно обожающих своего шефа.