Миры Кемира
1.Святоша. Магическая Αкадемия. 2.Святоша. Путь Сердца. 3.Жестокие Игры. Магическая Αкадемия. 4.Расправить Крылья. Магическая Академия.
Вспыхнул и погас – щиты у Орувелла выходили безупречными.
- Прекрати!
Я видела, как дрожали руки Тирри, когда она пыталась открыть фляжку. Видела, как Рэнделл тащил полуживoго Диггори к отхожему месту, видимо, собираясь в нем топить. Орувелл закричал, прося остановиться,и Кристоф задумался. Наконец, разжал руки, и Диггори пополз, поскуливая, в угол.
- Сама будешь пить или зажать нос? – поинтересовалась Тирри, совладав с крышкой.
- Убирайтесь к демонам! Не буду я ничего пить!
- Зажать нос, – сказала подруга Орувеллу.
Тут в уборную ворвался Арно.
В общем, нос зажимал мне Орувелл, Тирри поила, а Рэнделл спасал жизнь Диггори Липпару, уговаривая разъяренного дракона пощадить придурка.
Только в кабинете ректора, когда уже подействовало противоядие – до очередного приема не дотянула всего несколько минут! – я поняла, насколько тонкая грань отделяла меня от изнасилования в мужской уборной на втором этаже Факультета Светлых Сил. Молчала, кусала губы, украдкой вытирая слезы. Затем принялась истово благодарить спасителей. Ведь Диггори Липпару не собирался вести себя, как… подобает! Парни отмахивались, бурчали в ответ «чего уж там!».
- Зря я не утопил урода! – смело сказал он ректору, и тот ответил что-то невнятнoе.
Диггори Липпару, находившийся сейчас в медицинском корпусе, во всем признался. Это был злой умысел – второкурсник не находился ни под подавляющим волю заклинанием, ни под воздействием приворотного зелья. Заявил, что влюбился в меня на торжественной линейке, поэтому пошел на крайние меры. Опоить, соблазнить, жениться. Таков был его план.
Да он свихнулся!
Я… Я так и не написала жалобу.
Мы долго разговаривали, затем ели то, что нам принесли одноқурсницы из столовой, после чего попробовали на вкус и зуб Высшую магию. Разобрали досконально, чем именно в меня запустил лорд Шаррез и чем свалил на пол Орувелл-младший. После мы с Тирри попросили магиню стать куратором наших дипломных работ,и она согласилась, не скрывая своегo удовольствия. Долго болтали о пустяках, смеялись.

















