Могила для бандеровца

"

"В Глодяны Ивлиев не поехал. Он сошел на предыдущей станции и вместе с возчиками, ехавшими порожняком со станции, на телеге добрался до хозяйства. По дороге он угощал мужиков дорогими папиросами, которые те вежливо курили, но потом доставали свой крепкий самосад и крутили цигарки или набивали трубки. Мужики оказались разговорчивыми, потому что, наверное, не видели вреда в этом веселом общительном молодом человеке. Рассказали про годы оккупации, как жилось и голодалось, рассказали и про нынешнее житье-бытье. Земля родит, чего ей. И бабы рожать стали. Тоже признак хороший.

Сколько Ивлиев ни бился, как ни изворачивался, но повернуть разговор к теме националистических банд в районе ему так и не удалось. Мужики даже не рассказывали о партизанах и отрядах УПА при немцах. Самое главное, что ему удалось понять, так это то, что жизнь в районе относительно спокойная. И власть не давит, и националисты не бесчинствуют. Иначе бы сидели они сейчас на возах угрюмые и боялись лишнее слово сказать.

Прежде чем идти в правление хозяйства, куда должен был приехать Пронько, Ивлиев осмотрелся в селе. Сильная сельскохозяйственная кооперация, скота много. Дома крепкие, палисады с цветниками, своя МТС и водонапорная башня. Не колодцы и бабы с коромыслами. Подумав, Ивлиев пошел не в правление, а подсел на лавку сначала к сторожу МТС, потом поболтал с девушкой в окне правления, которая занималась какими-то формулярами, подшивала какие-то бумаги в коричневые папки, и с бабами, ожидающими машину, чтобы ехать в поле.

В результате, не показав своего интереса к вопросу и не «засветившись» перед местным начальством, он установил то, чего не было в милицейском ответе на запрос. Например, что раз или два раза в год с химзавода приезжала машина, которая привозила экспериментальные образцы удобрений. То ли удобрения для весеннего внесения, то ли для летнего. А может, и для обработки озимых. Привозили их для пробы, а на следующий год вносили поправки в технологию или в химический состав. И то, что машина не пришла, мало кого сильно волновало. Не приехали сейчас, приедут попозже. С текущей сельхозработой это никак не было связано, а о возможности несчастного случая никто даже не подозревал. Проще говоря, никому и дела здесь не было, что машина не пришла. Ну, может, кроме директора и главного агронома.

Нет, не тут причина, не отсюда надо начинать. Это для Ивлиева было совершенно очевидно, и он направился в село Лановцы, находившееся в двадцати километрах от райцентра. По информации, негласно полученной Горюновым в кадрах химзавода, у водителя Пронько в этом селе жил двоюродный брат по материнской линии. С него Ивлиев и решил начать.