Моя (не) на одну ночь. Бесконтрактная любовь (СИ)

— Некогда, Оля, мы на такси, не замерзнешь!

Но Оля как наяву увидела поджатые губы гинеколога Траханковой и услышала ее строгий голос: «Чтобы ноги всегда были в тепле, слышишь, Ольчик? Не вздумай с голым задом по морозу бегать. Простудишь придатки, никакие скафандры нам уже не помогут».

Оля послушно кивнула, как будто Анфиса стояла прямо перед ней, сбросила туфли и обула ботинки. Она бы в теплых колготках пришла, если бы не разрез на платье, но ботинки на меху — это святое.

— Ну все, приплыли, — сказал угрюмо Антон, и Оля увидела входящих в здание людей в костюмах.

Все бы ничего, но колоритная внешность вошедших не предвещала ничего хорошего. Антон схватил Олю за руку, и они влипли в стену.

— Дава, они здесь, мы не успели, — зашептал Антон в телефон. Оля боялась дышать, и в зависшей тишине услышала голос Давида, звучавший из динамика.

— Пробирайтесь на задний двор, мы вас заберем. Схема у тебя.

— Бежим, — Антон дернул Ольгу за руку с такой силой, будто она должна была не бежать за ним, а лететь.

Он держал перед собой телефон с выведенной на экран схемой, а Оля только гадала, как можно так ориентироваться в хитросплетениях коридоров.

Пару дверей Антон выбил ногой, и она внутренне сжалась, представив, какую власти Австрии потом выкатят сумму за разрушение их культурного наследия.

«Бусы развесили, стали в хоровод. Весело, весело встретим Новый год…» — крутилось в голове у Оли, пока она едва успевала перебирать ногами."

"Задний двор резиденции Габсбургов оказался ни много ни мало целой площадью с памятником императору Францу-Иосифу, рядом с которым стоял… вертолет. Оля даже глаза протерла.

— Быстрей, сюда, — махнули им из вертолета.

— Аверин, я тебя уже боюсь, — проговорила она, стуча зубами, когда Антон подсадил ее в салон и за ними закрылась дверца.

— Я давно обещал тебя покатать, — подмигнул ей Аверин с места пилота, развернулся, и вертолет взмыл над дворцом.

Оттуда уже бежали люди — те самые, в костюмах, — откидывая полы пиджаков, но Антон показал им средний палец, и вертолет набрал высоту.

Кресло рядом с пилотом показалось ей подозрительно знакомым, внезапно оно повернулось вокруг своей оси, и Оля оказалась лицом к лицу с Давидом.

— Не вышло с новогодней ночью, да? — он покусал нижнюю губу. — Прости.

— Может, — Оля сглотнула собравшуюся слюну, — может хоть кто-то объяснит мне, что происходит?

Снизу послышалась пальба и крики.

— О, проснулись! — презрительно сказал Антон. — Ну постреляйте теперь из своих пукалок.

— А если пальнут из чего-то посерьезнее? — с опаской спросила Оля.

— Это ж муниципальная полиция, у них ничего серьезного, — ответил Аверин. — Мы как раз над участком пролетели.